Онлайн книга «Лезвие бритвы»
|
Раздражённо фыркнув, Натан вернулся к Волчьей лежанке. — Я в порядке, — сказала Мег. — Я не хочу, чтобы мои друзья пострадали, и мне тяжело осознавать, что того, что я видела, стало недостаточно, чтобы спасти Хизер, когда я смогла спасти пони и Сэма. И, возможно, она действительно прожила дольше, чем если бы продолжила работать в «Вопиющем Интересном Чтиве». «А может быть, она умерла гораздо раньше»,— подумал Саймон. ГЛАВА 44 День Огня, Майус 18 Джексон не только вернул ей рисунок Волчьей песни; они с Грейс вставили его в рамку и повесили в её комнате. Ей принесли ещё бумаги и карандашей разных цветов. Они потратили время, рассказывая ей, что этот оттенок зелёного был травой, а вот этот оттенок был деревом, которое сбрасывало листья, когда Осень шла по земле, и этот оттенок был сосной. Они описывали, как могли, оттенки воды, но знали, что вода бывает неглубокая, и солнце согревает её в отличие от прохладной воды глубокого бассейна, а цвет воды не меняется. Она слушала, впитывая то, что они говорили, и задавалась вопросом, что было за пределами её комнаты. Джексон и Грейс были здесь не единственными Волками. Она узнала это из песни. Но у неё не хватило смелости спросить, можно ли ей выйти из комнаты. Она подумала о своих новых смотрителях. Они отказались называть её кс821. Каждыйдень они спрашивали, выбрала ли она себе имя. Они не наказывали её за то, что она не выбирала. Они кормили её, чистили одежду, следили, чтобы у неё было всё необходимое, чтобы умыться и сходить в туалет. И они, казалось, были довольны, что она любит рисовать. Джексон и Грейс. Но, подумав о них, она не видела Грейс. Она увидела Джексона и… Взяв чистый лист бумаги, девушка начала рисовать. * * * Джексон вошёл в комнату девушки со шрамами, неся тарелку с едой для полуденной трапезы. Она сидела в изголовье кровати, обхватив руками поджатые ноги и положив подбородок на колени. — Что случилось? — спросил он, осознав, как резко прозвучал его голос, только когда она вздрогнула. Он поставил тарелку на стол и подошёл к кровати, слегка принюхиваясь, чтобы она не догадалась, что он пытается уловить запах крови. Крови не было, но что-то было не так. — Я хотела нарисовать картину для тебя и Грейс, но я нарисовала вот это, — она указала на бумагу, лежащую в конце кровати. Осторожно взяв её за угол, он повернул. Затем глубоко вздохнул. — Ты когда-нибудь видела эти места? Видела… образы? — спросил он. Она покачала головой. Она никогда не видела его в Волчьей форме, но нарисовала его голову, морду, поднятую к небу, Скалистые горы на заднем плане. Вид заполнял верхнюю левую часть бумаги. Нижняя правая часть листа была заполнена головой другого воющего Волка. В центре листа было человеческое жилище, не похожее ни на что, что он мог бы найти на своей родной территории, взгляд Орла на остров и грохочущую воду, известную как водопад Талулах Фолс… — Этот другой Волк, не Грейс, — сказала она обеспокоенно. — Нет, это мой друг Саймон. Он живёт в Лейксайде, местечке на восточном берегу озера Эту. Он изучал её. Её лохматые волосы были золотисто-каштановыми, а глаза-зелёными с золотыми крапинками. Если бы она была оборотнем, он бы подумал, что она принадлежит Пантергарду с её цветом кожи. — Ты нарисовала это для меня? Она кивнула. |