Книга Фиктивная жена для герцога-монстра, страница 197 – Элина Амори

Но их было слишком много. Я стирал лапами призывные круги, но те были повсюду и повсюду появлялись все новые и новые кельвары, продолжали методично давить и убивать людей в саду, врывались в окна дворца. Крики не стихали. Кровь лилась рекой, как и предрекал жрец.

Яростное бессилие подступило к горлу. Я не мог быть везде. Не мог закрыть каждое окно своим телом. Не мог защитить гостей, придворных, слуг и рыцарей.

Я заревел, вложив в этот рев все мое отчаяние, вся ярость, все желание остановить этот бессмысленный ужас. Я вложил в него всю свою сущность существа, в чьей крови текла магия старше и первозданнее жреческих ритуалов и созданных ими же кельваров.

Вдруг монстры замерли. Все кельвары в пределах слышимости разом остановились. Огонь в их глазницах замигал, сменился на тусклое, покорное свечение. Они повернули свои каменные головы ко мне.

Я вспомнил, как на поле битвы они отступили от моего рева, от рева еще недодракона. Моя магия резонировала с их магией. Жрец призывал их. А я — повелевал.

Собраться. Стоять. Не двигаться.Мысленный приказ, подкрепленный очередным ревом, обрушился на их примитивное сознание.

Они послушно, с грохотом, стали сбиваться в кучу на центральной площадке, замирая в недвижимых позах, как огромные, уродливые статуи. А потом я отправил их обратно в порталы.

В наступившей внезапной тишине, нарушаемой лишь стонами раненых, было слышно, как рыцари в покоях императора скрутили Верховного жреца и его отчаянные крики.

Я снова принял человеческий облик прямо на окровавленной траве, ощущая каждую мышцу, каждое усилие. И услышал восторженные возгласы людей, что вылезали из укрытий, их благодарность.

— Привести жрецов! Пусть уничтожат порталы! — воскликнул я.

И рыцари тут же стали тащить к горящим огненным символам, в которые шагали едва ли не в ногу зачарованные мной кельвары. Жрецы так же, как и другие многие были ранены, кто-то убит. Они не возражали, не сопротивлялись.

Верховный не ценил даже их. Под их заклинаниями оранжевые порталы вокруг дворца гасли один за другим.

Я вернулся в покои моего отца. Все придворные остались на местах и встречали меня уже не как монстра.

Мой взгляд упал на связанного, посеревшего от собственного проклятия Верховного жреца.

— Казнить, — сказал я холодно и сухо. — Здесь и сейчас. За измену, убийство подданных короны, за покушение на императора. И казнить всех до единого, кто активировал врата. Это преступление было совершено не только против людей, но и против Диверии. То, за что наша Богиня сражалась, повторилось вновь. Темная магия использовалась во вред людям. Вы сами нарушили свои главные догмы.

Рыцари не стали ждать. Один взмах боевого меча, и голова Верховного жреца покатилась по ковру, оставляя за собой алый след. Его приспешников поволокли прочь. На улице раздались крики и ни с чем не сравнимый хруст ломающихся костей.

Эльдрик и императрица не сопротивлялись, когда их руки связали и повели из комнаты прочь в темницу.

Я подошел к кровати. Отец не выглядел здоровым, но, по крайней мере, и не умирающим. Возможно, когда действие отравляющего проклятья закончилось, он пойдет на поправку?

— Позовите лекаря, — попросил я слугу. — И освободите покои.

Все потихоньку разошлись кроме Эйлин, которую я схватил за руку. Ее присутствие было мне жизненно необходимо.