Книга Фиктивная жена для герцога-монстра, страница 111 – Элина Амори

Брант

Эйлин злилась, вытирала слезы, но они вновь и вновь катились по ее щекам. Это не было похоже на притворство, как с той горничной. Грудь Эйлин часто вздымалась, щеки и глаза покраснели, она вытирала лицо рукавами и теребила юбку. Смотрела на меня открыто, говорила о себе прошлой.

О том, что всегда была одна. Окруженная людьми, благородная фея страдала от одиночества. Корыстный родственник втянул ее в борьбу за престол. Она разрывалась между порочной тайной связью с третьим принцем и навязанной ролью невесты первого. Но что думала она сама?

— Хорошо, — ответил я, обескураженный ее уязвимостью. — Подойди.

Эйлин не колебалась ни секунды, шагнув ко мне. А я не удержался. Не знаю, о чем думал в тот момент. Да и не думал вовсе. Просто схватил ее, притянул к себе и поцеловал.

Не должен был, но не смог сдержать рвущиеся наружу чувства. Они причиняли боль и терзали меня. Все так запуталось в голове: ее слова, слезы, прошлое. Четким было лишь одно — желание прикоснуться к ее губам. Не потому что приказал император, не потому что этого хотел дракон. Это желание исходило только от меня.

Я понимал, что творю безумие. Сейчас она оттолкнет меня, напомнит о контракте — и будет права. Но остановиться я не мог.

К моему изумлению, Эйлин не возмутилась. Напротив, прильнула ко мне, обвила руками шею, вцепилась пальцами в волосы на затылке. Ее соленые от слез губы отвечали мне с той же страстью. Будто я не был ей противен. Будто она и сама этого хотела…

С Лорианом она была не такой. Его она оттолкнула. От него — убежала.

Осознание этого распалило меня еще сильнее. Я прижимался к ней всем телом, жаждал почувствовать ее как можно острее. Боль в ранах притупилась, цепи больше не казались тяжелыми, усталость после ритуала отступила. Во мне бушевал огонь. Мой собственный. Не дракона.

— Ах, Брант... Ты весь в крови... — вдруг испуганно выдохнула Эйлин, вырываясь из моих рук. — Так нельзя!

Ее сердитый голос отрезвил. Я замер, отпуская ее. Конечно, раны не успели зажить, а я своими резкими движениями их разбередил.

Эйлин отшатнулась, с ужасом глядя на ладони, которыми только что гладила мою спину. Да, разумеется. Я — отвратительный монстр, истекающий мерзкой кровью. Она вспомнила об этом лишь сейчас или вконечном счете не смогла себя пересилить?

Она подняла на меня голову, и у меня перехватило дыхание. В ее взгляде не было ни страха, ни осуждения. Я видел в нем то, что обычно видят в глазах людей, смотрящих на кого-то близкого.

Даже родной отец никогда не смотрел на меня так в минуты слабости. Я — дракон с невероятной живучестью. Никому не было важно, истекаю ли я кровью, испытываю ли боль. «Восстановишься, заживет, просто полежи» — вот что я обычно слышал. Лекаря звали, только если раны были слишком серьезны и нельзя было долго отлеживаться.

А Эйлин… волновалась. Уже в который раз. Даже к дракону подошла, чтобы тряпицу под оковы подсунуть. Не могла же она играть, рискуя собой? Значит, и правда сочувствовала такому, как я. А ее слова о том, что дракон — не такой уж и монстр…

— Я сейчас, Брант. Я помогу тебе, и не смей спорить! — решительно выпалила она и бросилась к купальне.

Но я успел схватить ее за запястье.

— Ай! — пискнула она.

Притянул к себе спиной, обнял.