Книга Хозяйка ворон и железный доктор, страница 46 – Галина Герасимова

– Госпожа Наби, не обижайтесь, но вас с Луисом может связывать что угодно, когда угодно и сколько угодно раз, лишь бы общественность об этом не судачила, – успокоила она собеседницу. Пусть лучше Луис проводит время с Наби, чем мешает расследованию. – Собственно, об этом я и хотела поговорить. Вы ведь понимаете, мое возвращение вызовет много пересудов. Не хочу давать лишний повод для сплетен.

– А вы не такая тряпка, как утверждал Луис. – Наби потушила сигарету, во взгляде зажегся интерес. Она подалась вперед, чтобы рассмотреть Кайлу. – Я думала, вы будете кричать и требовать оставить его в покое.

– Луис бросил меня умирать и развлекался с вами, едва отпели панихиду. Вы действительно считаете, что у меня есть к нему какие-то чувства? – вопросом на вопрос ответила Кайла.

– Что ж, смерть пошла вам на пользу.

Придумать достойный ответ Кайла не успела. В зал влетел маэстро, высокий и худой как кузнечик, на ходу оправляя галстук.

– Госпожа Наби, вы уже здесь! И снова курите. Да еще у открытого окна в такую погоду! Я же предупреждал, испортите голос, – высказал он, активно жестикулируя. – У нас выступление через три дня, что будете делать, если простынете? Так, а вы кто? – Мужчина соизволил обратить внимание на постороннюю.

– Моя поклонница, – опередила ее актриса, и Кайла проглотила ответ – не стоило распространяться об их короткой беседе. – Вызовите ей паромобиль, чтобы довезти до отеля. В такой дождь опасно ездить по горным дорогам.

– Не стоит, я на машине, – поспешно отказалась Кайла.

Впрочем, она отказалась бы в любом случае. Не хотелось быть обязанной любовнице Луиса даже в такой малости.

* * *

Дождь и впрямь усилился, грозя размыть дорогу. Когда Кайла вернулась к паромобилю, ее пальто успело промокнуть, несмотря на зонт, а юбку можно было выжимать.

– Все хорошо? – Рейн встретил ее у паромобиля. Машину он оставил под навесом, чтобы зря не мокнуть. – Обедала?

– Да. А ты? – уточнила Кайла, забравшись в сухой и теплый салон. Кивок немного успокоил, и она, отогревая руки, предложила. – Тогда возвращаемся.

Завернутая трость перекочевала на заднее сиденье дожидаться своего часа. Кайла пристегнулась, жалея, что не смогла перекусить с Рейном. Помнится, раньше он частенько пытался ее накормить. Приносил сладости и сыр, а однажды поймал кролика. Но свежевать его пришлось самой Кайле. Доктор, проводивший сложные операции на живых людях, до того дня никогда не снимал шкурки с животных.

Днем транспорта в городе прибавилось. Повозки и паромобили ездили наравне, и скорость вторых существенно снижалась. Образовывались самые настоящие пробки – водители стояли на перекрестках, пытались разминуться на узких улочках и беспрестанно кричали и гудели. Вскоре стала известна и причина – на соседней улице засорилась ливневая система, превратив дорогу в реку. Кто-то, не выдержав, попытался объехать кавалькаду, но только застрял и создал еще больший затор.

Продвигались медленно, и от скуки Кайла успела изучить местный пейзаж, перекинуться парой дежурных фраз с такими же скучающими в пробке соседями и купить мясной пирожок у бойкого мальчишки, выбравшего удачное время, чтобы пробежаться мимо застрявших машин. Откусила сама и, распробовав, по старой памяти предложила Рейну. Доктор отказываться не стал, но покосился на нее с любопытством. Кайла запоздало сообразила, что замужние тьенны не кормят мужчин с рук. По крайней мере, чужих.