Книга Барышня с подвохом или любовь дело тонкое, страница 40 – Ксения Ос

Александр улыбнулся, с радостью ухватил тарелку, что подал ему один из поваров и подул на не слишком аппетитную на вид, но вкусно пахнущую овощную кашу.

— И все это благодаря боярыне Иворовой, — прошепелявил он с открытым ртом, поскольку закрыть оный, полный горячей еды, возможности вовсе не было.

Подышав немного, царевич сглотнул кашу и тут же, закинув в рот разваренное мясо, окунул ложку за новой порцией.

— А кстати, где она? — спросил, вдруг забеспокоившись, и оглянулся по сторонам.

Молчавший до этого времени и меланхолично жевавший Иван, машинально повторил его действия.

— Не знаю, — пожал плечами недоуменно, — после того как дамочка отчитала нас, словно детенышей безмозглых, она потом вперед ушла, а после я и не видел ее больше.

Александр нахмурился, уже машинально сунув ложку в рот и забыв, что еда слишком горячая, поморщился недовольно.

— Вообще-то она подходила ко мне уже здесь, в Оазисе, спрашивала, хочу ли я сейчас вернуться, — припомнил неуверенно, — но больше я ее тоже не видел. Не могла же она одна уйти куда-нибудь, тем более, что в пустыне опасно, а порталов у нее нет — это-то я точно знаю.

Иван, пожал плечами неопределенно и словно вскользь упомянул, что обычными порталами из одного мира в другой попасть невозможно. Тут вроде как определенные условия соблюсти требуется, например, оставить хранителю мира что-то важное для тебя или поступок, какой совершить, ну и наличие магии само собой обязательно.

— Я с местным хранителем только на третий год встретиться сумел и договориться. Думаешь, я просто так здесь живу? Нет, это я по его просьбе рабов освобождаю, — признался он тихо, — а взамен могу перемещаться куда пожелаю. Даже обратно, домой мог бы вернуться, если бы от проклятия избавился, а так, мне вроде и смысла нет никакого.

Иван встал, разминая ноги, повернулся спиной к жадно жующим людям и откинув капюшон полностью, приспустил высокий ворот рубахи. Пятно, что было в верхней части лица, сползло вниз и, захватив край скулы, большей частью угнездилось сзади на шее.

— Видишь, я даже маску полноценную сделать не могу, потому, что эта дрянь живая и перемещается постоянно, — глухо призналсяон, — а еще магией моей питается и растет постоянно, отчего ни один лекарь воздействовать не может. Представляешь, лекарь силу вливает, а эта прилипала чешуйчатая только лучше себя чувствует и ярче становится. Я даже срезать ее хотел вместе с кожей, а она внутрь впиталась и все, нет ее, а как нож опустил, тут и появилась, вроде дразнится и издевается тварь. Такое ощущение, что у нее разум свой имеется, а договориться возможности не дает.

Старший брат чертыхнулся, упоминая кого-то не из мира Империи, снова сел на место и махнул рукой раздраженно

— Эх, да что тут говорить, — вздохнул он горестно, — если даже хранитель мира помочь мне отказался — сказал, что лишь тот, кто наложил, тот и снимет когда время придет. А когда это случится вовсе непонятно, а года то идут…

Опустив капюшон, парень снова взялся за тарелку, а Александр, забыв про еду, во все глаза смотрел на брата. Даже попытался выяснить, кто является виновником проклятия, но оказалось, что Иван и сам толком не знает.

— Еще до моего побега из дома маленькое пятнышко в виде мелкой родинки появилось, — признался он сухо, — а то, что ты видишь сейчас, это за десять лет выросло и постоянно меняется — то на все лицо растянется тонкой пленкой, то словно стянется и горошиной на шее осядет. Говорю же, живая тварь…