Онлайн книга «Все под контролем»
|
– А мне что делать с его чувствами? Я же не буду ему доверять. И потом, какие, к чертовой матери, чувства, если мы оба – эмоциональные инвалиды? Что мне, убедить себя полюбить его? Выйти замуж и сменить офис на карьеру домохозяйки? Почему-то мужчины поголовно считают, что девушки мечтают о том же: милый особнячок в центре старой субурбии, десяток детей разной степени сопливости, сделанный женскими нежными ручками домашний сыр и улыбчивая собака, ровным слоем разносящая по дому свою херову шерсть. Что, если это не путь Зои Харпер? Вместо офиса – садик с вишенками? Вместо собственного отдела – диорамы из листьев? Да ну на хер! – Все было нормально! – объясняет Зои дороге впереди. – И тут он со своими отношениями. И это после всего, что я для него сделала?! Твою мать, я поставила под удар свою карьеру, чтобы мы могли продолжать трахаться. Неужели этого ему теперь мало? К моменту, когда «Мустанг» резко останавливается у дома, Зои еще не остывает. Она выскакивает на улицу, и теплый воздух, бьющий в лицо, тоже не помогает. Ничто сейчас не может утихомирить ее ярость, приходится просто зайти домой. Булка встречает ее на пороге таким истошным криком, что он отрезвляет и заглушает даже мысли о предательстве Леона. – Тебя еще не хватало, – морщится Зои. – Ты не голодна, поэтому… В ответ Булка добегает до своей кормушки и отшвыривает миску лапой. Только теперь Зои замечает, что на сенсорном экране горит сообщение об ошибке, возвращает миску на место и перезапускает систему. Когда корм начинает сыпаться, Булка с жадностью на него набрасывается.Зои устало опускается на пол рядом с ней и опирается спиной о стену. – Он больше не позвонит, – тихо произносит она. Леон стал ее главной отдушиной. Он защищал ее, помогал, наставлял и дарил комфорт, на который до него никто не был способен. Его дом стал ее местом силы, а он сам – лучшим доминантом в жизни. Каждый из троих хотел от нее отношений. Профессор Бакли уговаривал остаться в университете, пытался контролировать и даже манипулировать ею. Маршалл Чеслин притащил Булку, нарушал границы и устраивал тупые ванильные свидания. И только Леон сказал о чувствах честно и открыто, еще и озвучил свое предложение со всеми новыми условиями. Зои закрывает глаза, но это не помогает: слезы все равно выбираются наружу и скатываются по щекам. Он больше не напишет. Не позвонит. Не пришлет заданий и не будет отслеживать, чем она питается и сколько пьет воды. Она снова остается одна в этом мире именно в тот момент, когда на секунду ей показалось, что впервые будет не так. Что они есть друг у друга. – Господи, – шепчет Зои. – Кажется, я напортачила. В ладонь ей тычется что-то мягкое, и когда она открывает глаза, видит Булку. Протягивает руку и аккуратно касается шелковистой шерсти. Булка позволяет себя гладить. * * * Зои просыпается в шесть утра, но так и не понимает зачем. Попытки перевернуться на другой бок и закрыть глаза ни к чему не приводят: она просто лежит в кровати никчемным мешком бетонной пыли, который даже ничего не может почувствовать. Наверное, сейчас нужно продолжить плакать, но слезы закончились еще вчера, около восьми вечера. Просто скатилась последняя, и больше ни одной не удалось выдавить. Внутри вместо горя, боли и обиды поселилась пустота, которая, как сука из квартиры двадцать три, выжила всех соседей и с комфортом заняла все доступное пространство. |