Книга Пригнись, я танцую, страница 37 – Саммер Холланд

Том заходит к себе, но вместо привычной суеты его ждет неприятный сюрприз. Стоило догадаться по гробовой тишине: все молча уткнулись в мониторы, не поднимая глаз. Около стола Майи стоит Леон.

– Привет, – говорит Том всем сразу и бросает на свой стул сумку с документами и таблетками. – Чего молчим? Умер кто-то?

– Привет. – Леон подходит к нему, сверля взглядом: – А где ты был?

– Обедал, – врет он. – А что случилось, ты хотел со мной?

– Тебя не было пару часов.

– Хорошо и медленно жевал, – закатывает глаза Том. – Братишка, ты чего? Мне нельзя уже сходить поесть?

– Пойдем курить, – предлагает Леон и, не дожидаясь ответа, выходит на балкон.

Поймав взволнованный взгляд Майи – а ведь она давно должна была привыкнуть, – Том успокаивающе кивает и достает из сумки пачку сигарет. Совсем бросить пока не получается, но он держится без табака уже часа три. И мог бы еще прожить, но раз уж позвали…

– Что с тобой? – Том выползает вслед за Леоном и берет сразу две сигареты.

– Не со мной. Ты стал исчезать.

– Всего пару раз было, – пожимает плечами он. – И на пятницу выходной взял, отоспаться перед забегом. У нас же готовится квартальный отчет, вот мы и напряглись.

И отлично отоспался, кстати, под наркозом. Потом еще полночи лежал в палате, дырки ныли, а глаза лезли на лоб от отходняка.

– Точно все в порядке? – подкуривает Леон. – Ты раньше так не делал.

– А теперь я буду хоть иногда есть спокойно, – отвечает Том. – И подальше отсюда. Можно мне такую привилегию?

– Как хочешь, – блестит очками тот.

Нашел кого испугать. Том только что доктора Райт выдержал, а там ситуация была похуже. Нет, им все же нужно познакомиться, он возьмет Кэтрин, попкорн и будет смотреть, как эти двое хмурят друг на друга брови.

Скорее бы получить новости о смене врача.

– Я разговаривал с Майей, – вкрадчиво произносит Леон. – Тебе не кажется, что ее возможности стоит направить на более коммерческие вещи?

– С этой стороны заходишь, – улыбается Том и хлопает того по плечу: – Хитрый жук. Мы ведь договорились, помнишь? Майя возится со столиком, я – с «Дженерал Моторс».

– Да оставьте вы этот стол в покое, а. Восемнадцатый год, у всех жизнь в телефонах. Томми, ну посмотри ты на мир шире, зачем ты цепляешься за пластик?

– Слушай, – глубокая затяжка откликается болью внутри, – я чего-то тебя не пойму. То ты просишь простое и прорывное, как «Джей-Фан», то хочешь, чтобы я перестал этот самый «Джей-Фан» брать за образец.

– Мы с тобой давно нигде не были, – бросает короткий взгляд Леон, – пора по миру покататься.

– Зачем?

– Теряем ощущение рынка. Возимся в ежедневной операционке, тонем в ней. А рынок сейчас развивается сильно быстрее, чем мы.

Он задумчиво добивает сигарету и аккуратно тушит окурок об урну.

– Посмотрю торговые выставки, пару в Азии, пару в Европе, – произносит Леон. – А ты пока тоже возьми паузу и, не знаю, помечтай, что ли. И бросьте этот блядский столик, прошу тебя.

Тому ничего не остается, как кивнуть в ответ. Столько долгих и бессмысленных часов совещаний, а их главную мысль Леон озвучивает за пару минут на балконе. И эта идея кажется одновременно захватывающей и страшной – отпустить фантазию, когда столько лет укладывал ее в жесткие рамки финансовой модели.

– Помни, с чего началось, Томми. – Леон останавливается у выхода. – С твоей мечты.