Книга Пригнись, я танцую, страница 163 – Саммер Холланд

– Спрашивай, – предлагает он. – Когда знаешь, что происходит, уже не так страшно.

Кэтрин сильнее сжимает его руку, и это придает сил. Она на самом деле молодец, что позвонила Гэри. И что позволила Тому самостоятельно все объяснить. Он поворачивается и целует жену в висок, понимая: сейчас она, не привыкшая к проявлениям любви на публике, заливается краской.

– Ты вообще лечишься?

– Конечно, – смеется Том. – А как ты себе это представлял? Типа, я хожу такой три месяца с опухолью в груди и жду, что она сама пройдет?

– Хер тебя пойми. Как по тебе скажешь, что ты лечишься? На работу ходишь, волосы на месте.

– Повезло, да? – проводит ладонью по голове он. – Я начал отращивать, чтобы каждый день понимать, какой я везунчик.

– У раковых волос нет, – упрямо повторяет Гэри.

– Они только от химиотерапии выпадают, – поясняет Том. – У меня таргетная. Это такие таблетки, глотаешь их… Кейт, как они там работают?

– Поражают раковые клетки с определенным типом мутации, – тут же добавляет она.

– В общем, они точные. Химиотерапия по всему организму херачит, и мне ее нельзя.

– Почему? – гнусавит Пайпер.

– Однажды мы в Манчестере угнали тачку, которую не стоило угонять, – вспоминает Том. – А после этого мне в подворотне прилетело ножом в бок. С тех пор у меня нет селезенки. И если ко мне применить химиотерапию, иммунитет не справится, и лечение убьет быстрее, чем рак.

Кэтрин вздрагивает, приходится успокаивающе погладить по плечу. Нет у нее травмы, как же.

– А что врач говорит?

– Нужно бороться. На этом вся раковая херня держится. У нас что-то вроде войны: ты и врач боретесь с твоим раком. И вопрос времени и лекарств, кто победит.

Бросив быстрый взгляд на Пайпер, Гэри поджимает губы и качает головой. Даже если у него есть другие вопросы, доводить Малую до окончательной истерики не хочется никому – у нее и так уже слезы катятся по щекам. Хотя Пайпер все время ревет, это ей как в магазин сходить.

– Мне кажется, у нас закончилось пиво, – вмешивается Кэтрин, хотя к бутылкам едва притронулись. – Пайпер, давай прогуляемся и купим еще?

– Да тут же… – начинает та, но быстро соображает, что к чему. – Да. Пойдем.

Не проходит и минуты, как Кэтрин практически выпихивает Пайпер из квартиры и захлопывает дверь. Том провожает их глазами: его чуткая жена снова все поняла с полувзгляда. Как у нее это получается?

– Брат, – произносит он, не отрывая взгляда от двери, – я не хочу, чтобы остальные знали.

– От меня не узнают, – спокойно отвечает Гэри.

Том поворачивается: тот так и сидит, опершись локтями о колени и уставившись в одну точку.

– Мне еще нужно самому пережить эту новость. Рак… Это же пиздец опасно.

– Не опаснее перестрелки в Левеншульме, – пытается шутить Том. – Мы тогда еле ноги унесли.

– У тебя у самого какой настрой?

– Выжить. Я сейчас на рискованное лечение пошел, надеюсь, что сработает.

– Это я понял. Но как ты себя чувствуешь?

– Если честно, отвратительно.

Простой вопрос ломает плотину внутри, и силы наконец покидают его: Том роняет голову в собственные руки.

– Я женился, едва начал жить и только что придумал кое-что очень крутое, брат, – едва не ревет он. – Я пиздец как хочу пережить это дерьмо. Создать что-то настоящее. Завести детей. Быть, сука, просто счастливым.

– Значит, будешь, – звучит совсем рядом спокойный голос.