Книга Здесь нет места любви, страница 39 – Саммер Холланд

– Боже, что это?

– Чихающий бегемотик? – уже не очень уверенно ответил Эрик.

– У него морда сплюснута.

– Неудачно упал с велосипеда.

– И шерсть.

– Это… высокогорный бегемотик. Как коровы в Шотландии.

Я крутила в руках чудовище, которое тем не менее с каждой секундой обретало странный и своеобразный шарм. Даже в своем уродстве оно было довольно трогательным, если перестать думать о том, кто это должен был быть. И потом, это подарок Эрика, и он о нем не забыл…

– Спасибо, – улыбнулась я, убирая брелок в сумку. – Я назову его в честь тебя.

– Тогда используй мое второе имя, – серьезно посоветовал Эрик. – Вдруг кто-то спросит.

– Я даже не уверена, что знаю твое настоящее первое.

Мы расположились на диване, соблюдая вполне приличную дистанцию. Что бы Эрик ни говорил, казалось, для него наш поцелуй тоже не прошел бесследно.

– Эрик Чесмор, – коротко поклонился он. – Или Эрик Максимилиан Чесмор. Можешь назвать бегемотика Максом, мне будет приятно.

Мало того что разговор становился абсурдистской комедией, так еще и его второе имя вызывало у меня непреодолимое желание заржать. Кажется, Эрик тоже понял это, опустив глаза на мою закушенную, чтобы смех не вырвался, губу.

– Знаешь что, Унабомбер… – начал он.

– Поняла, – вскинула руки я. – Отныне это бегемотик, и его зовут Максимилиан. Для друзей – Макс.

– Теперь вернемся к твоему вопросу. – Эрик сделал глоток из стакана. – Ты уже поняла, как работает «Рид солюшнс»?

– Мы делаем прогнозы, которые в отделе продаж превращают в инвестиционные стратегии. После этого они проводят презентациюсвоим клиентам, и те дают им свои деньги, чтобы сыграть на бирже.

– Если очень кратко, то верно, – удовлетворенно кивнул он. – А теперь внимание, проблема: так работает очень много компаний, но у «Рид солюшнс» процент удачных стратегий слишком высок.

– Разве это не вызывает подозрений у полиции?

– Хороший вопрос. Еще года три назад было подозрение на инсайдерскую торговлю, но посмотри на схему, по которой вы работаете. Открытые источники, аналитики, которые собирают данные из них, а не в барах и кулуарах. Все чисто. А вся наша индустрия только и говорит о том, что в этой компании есть особый отдел экстрасенсов, которые точно знают, что произойдет на рынке.

– А в каком он кабинете? – задумалась я. – Аналитики, бухгалтерия, продажи…

– Уна, такого отдела нет, – помахал у меня перед лицом Эрик. – Это преувеличение.

– Я поняла, не тупая. Шучу.

Видимо, я все-таки была бестолковой, потому что не шутила и правда поверила в эту теорию. Мир, в который меня швырнули, был слишком большим и загадочным, и я никак не могла до конца в нем разобраться, хоть и проработала целую неделю.

– Так вот, дело в том, что мне нравится этот успех «Рид солюшнс», – продолжил Эрик. – Если выражаться точнее, я тоже так хочу.

– Найми экстрасенса.

– Я сделал кое-что получше и нанял тебя. Ты будешь рассказывать мне, какие стратегии предлагает своим клиентам «Рид солюшнс». И я смогу следовать им сам и зарабатывать деньги. Классно придумал?

– Очень, – снова сдержала смех я. – Один вопрос.

– Хоть два.

– С чего ты взял, что я в курсе стратегий, которые делает соседний отдел? Я всего лишь анализирую маркетинговые кампании, и у нас в кабинете человек пятнадцать.

– Программа, в которой ты работаешь.

– Что с ней?