Книга Здесь нет места любви, страница 128 – Саммер Холланд

Я не останавливалась: стонала все громче, цеплялась пальцами за простынь, грозившуюся порваться под моими ногтями, но как только дошла до точки, в которой было почти невозможно остановить собственный оргазм, Рэй все прекратил сам.

– Для такой жадной шлюхи ты держишься на высоте, – в его голосе впервые прозвучала ласка. – Но мне нужен ответ на один вопрос.

Его палец, влажный от моей же смазки, скользнул ниже и прижался к моему сфинктеру.

– Да, сэр?

– Так тебе нравится? – Нажим стал сильнее. – У тебя есть здесь табу?

– Мне… хочется попробовать, – выдохнула я.

– Тогда мы отлично повеселимся.

Рэй аккуратно помог подняться и вновь заставил перевернуться и встать на четвереньки. Ноги едва держали меня: колени разъезжались, как желе, а руки подгибались, но приказ был неумолим.

– Стой. Если завалишься вперед, будет слишком больно.

Я скосила глаза на прищепки, которые так и остались на сосках. Кажется, уже привыкла к их ощущению: каждый раз, стоило мне двинуться, они впивались в кожу все сильнее. И эти маленькие приступы боли напоминали о том, что я пока еще жива. Все еще здесь, на земле.

Рэй отошелк комоду еще раз, и когда он вернулся, его прохладные скользкие пальцы начали промазывать мой сфинктер. Тщательно, последовательно, и когда один из них аккуратно проник внутрь, я даже не почувствовала дискомфорта. Не то чтобы у меня было много опыта, но его заменяла странная жгучая надежда его получить.

Двойное проникновение? Еще один пункт из списка желаний. Рэй выглядел как человек, который понимает, что делает – боже, он ведь практически спросил разрешения! – и мог оказаться лучшей кандидатурой для эксперимента.

К пальцу добавился второй, и я едва удержалась, чтобы не рухнуть. Вот что давали эти роли, розданные в самом начале игры: немного доверия. Каждое движение убеждало меня в том, что в этой спальне можно позволить себе расслабиться и дать чужим рукам сделать с собой все, что захочется.

Даже боль, которую Рэй приносил, смешивалась с лаской в идеальной пропорции. И к моменту, когда пальцы сменились на что-то твердое и рельефное, я готова была убить, лишь бы меня трахнули.

– Еще немного расслабься, – приказал Рэй. – Иначе не почувствуешь удовольствия.

Я не знала, чем именно он сейчас трахал мою задницу. Но это было действительно приятно: Рэй никуда не торопился и точно не пытался меня травмировать. Широкая часть растягивала, а за ней узкая давала короткую передышку. Я снова застонала от заполняющего меня чувства, будто все верно. Будто я доверилась и выиграла от этого.

В тот же момент пальцы второй руки Рэя опустились к моему клитору, обвели его: ладони едва не свело судорогой, пришлось прикусить губу, ведь стон превратился в вой.

Слишком много ощущений: я стала натянутой струной, каждое прикосновение к которой вызывало резонанс во всем теле. Голова кружилась, соски ныли, низ живота непроизвольно сжимался, а невесомые круги, которые чужие пальцы прочерчивали вокруг моего набухшего клитора, посылали к бедрам вибрирующие волны возбуждения.

Твердая штука задержалась в моей заднице, и руки Рэя исчезли. Наконец послышался звук расстегивающейся молнии, шелест фольги.

– Уна. – Это был не приказ. – Ты в порядке?

– Абсоно… Абсолюно… – Я сдалась. – Да, сэр.

– Тогда мы попробуем еще кое-что. Будь хорошей маленькой шлюшкой и держись крепче.