Книга Свет во тьме, страница 113 – Ноа Хоуп

– Как она?

– Всё так же, господин Картер.

Я кивнул, чувствуя прилив благодарности к этой преданной женщине.

– Спасибо, Анна. Идите отдыхать, вы, должно быть, устали. Уже очень поздно. Я позову, если что-то понадобится.

На её лице отразилось облегчение, смешанное с беспокойством.

– Вы уверены, господин? Может, мне остаться?

– Да, Анна, – я постарался, чтобы мой голос звучал мягко, но твёрдо. – Идите. Вам нужен отдых.

Она ещё раз с тревогой посмотрела на кровать, затем на меня, и, коротко кивнув, прошептала:

– Спокойной ночи, господин Картер. Дай Бог, чтобы всё было хорошо.

С этими словами она бесшумно выскользнула из спальни, прикрыв за собойдверь.

И вот, наконец, я остался с Еленой наедине. Её лицо в мягком свете ночника казалось почти детским, беззащитным. Длинные, пушистые ресницы, которые я так любил целовать, отбрасывали тени на бледные щёки. Светлые волосы разметались по подушке. Губы плотно сжаты, даже во сне храня печаль. Глаза закрыты, и я мог только надеяться, что она действительно спит, что её измученное сознание нашло временное убежище в глубоком забытьи. Что там, во сне, ей спокойно и нет места тому кошмару, который она пережила всего несколько часов назад.

Стараясь не издать ни единого скрипа половиц, подошёл к кровати. Аккуратно лёг рядом на свою половину, повернувшись к ней лицом.

– Ты мой свет во тьме, Лёля, – слова сорвались с губ едва слышным шёпотом, полным бесконечной нежности и любви. Я наклонился и коротко поцеловал её в лоб. – Мой единственный ориентир в нашем проклятом мире. Ничто и никогда этого не изменит, amore mio.

Рука сама собой потянулась к её волосам. Пальцы начали осторожно, перебирать мягкие пряди, ласково скользить по её щеке, очерчивая линию скулы, по изящной шее. Затем я бережно обнял её за тонкую талию, притягивая к себе так, чтобы она чувствовала моё присутствие даже во сне. Я вдыхал её запах, такой родной и успокаивающий. Простое присутствие рядом с ней было для меня сейчас важнее всего на свете.

Напряжение последних часов, физическое и эмоциональное истощение, наконец, взяли своё. Убаюканный теплом её тела и чувством, что она рядом, в безопасности, я сам не заметил, как тяжёлые веки начали смыкаться. Последней моей мыслью было твёрдое обещание самому себе: я сделаю всё, чтобы вернуть ей свет. Даже если для этого придётся погрузиться в ещё большую тьму.

Но глубокой ночью меня вырвал из тяжёлого сна громкий крик. Я вскочил на кровати, сердце бешено колотилось в груди, адреналин мгновенно ударил в голову. Первым инстинктивным движением была попытка нащупать под подушкой пистолет, но пальцы наткнулись лишь на прохладную ткань наволочки.

Чёрт! Я оставил его в ванной.

В тусклом свете ночника я увидел, что Елена сидит на кровати, её глаза широко распахнуты, в них застыл такой первобытный ужас, что у меня самого перехватило дыхание.

Она пришла в себя.

Я быстро сел, инстинктивно поднимая руки вверх ладонями к ней, показывая, что не представляю угрозы.

– Лёля, всё хорошо.Ты в безопасности.

Но она, казалось, не слышала и не узнавала меня.

– Нет! Нет! Нет! Не трогай меня! – закричала Елена снова, её голос срывался на визг. Она начала пятиться от меня к изголовью кровати, отталкиваясь руками и ногами, пока не вжалась спиной в холодную стену. Всё её тело била крупная дрожь, как в лихорадке. Она задыхалась от страха. И я просто не мог поверить и осознать, что она боится меня.