Книга Испорченный король, страница 166 – Ноа Хоуп

– Нико! Сколько раз я тебе говорила – никаких упоминаний о насилии по отношению к людям не из нашего мира?! – Марсела резко встала, её голос, несмотря на внешнее спокойствие, прозвучал как удар хлыста. Алессио, напротив, едва заметно кивнул сыну, одобряя его рвение защитить кузину.

– Мама, это был бы неплохой способ отвадить его. – сказала Габи, самодовольно ухмыляясь.

– Тётя Марсела, Рая слишком добрая. Этот Бруно… он может использовать её. Я не позволю, чтобы ей причинили боль. – добавил Маттео. В этот момент он казался старше своих лет, в его глазах горел тот же огонь, что и во мне, когда речь идёт о близких мне людях.

Я тяжело вздохнул, глядя на детей. Гордость и тревога боролись во мне. Даже в свои юные годы они уже готовы защищать семью. Хотя вся эта ситуация с Бруно… далеко не идеальна. Рая уже год встречалась с этим парнем, и он, мягко говоря, вызывал у всех нас стойкую антипатию. Мы провели тщательную проверку – никакого криминального прошлого и тёмных пятен в биографии. Но принять его в семью так и не смогли. Точнее, все, кроме Насти.Она встала на сторону дочери, велев всем нам заткнуться и принять её выбор. Рая любит Бруно, и этого достаточно. Я был готов мириться с этим мальчишкой, по крайней мере, пока. А вот у Маттео терпения явно не хватало.

Я посмотрел на свою старшенькую. Она, казалось, была полностью погружена в изучение маникюра, как будто весь этот разговор о Бруно и вечеринке совершенно её не касался, и ей уже порядком осточертели эти мальчишеские разборки.

– Принцесса, – обратился я к ней, стараясь вложить в голос всю ту теплоту, которую ощущал к своей девочке. – может быть, ты пересмотришь свои планы насчёт свидания? Я знаю, ты давно хотела поехать в Россию, навестить старую подругу. Почему бы тебе не спланировать эту поездку как раз на следующую неделю? – я сделал паузу, давая ей время обдумать моё предложение. – И, прежде чем ты ответишь, хочу сказать, что я уже обо всём позаботился и с тобой поедет Валерио.

На мгновение Рая задумалась. Её взгляд скользнул куда-то вдаль, а затем в её глазах промелькнула искорка – благодарности и радости.

– Хорошо, пап, спасибо! Ты лучший! – воскликнула она, и её лицо озарилось такой лучезарной улыбкой, что, казалось, само солнце засияло ярче. Она подбежала ко мне, легко чмокнула в щеку и, помахав остальным рукой, добавила: – Я поеду. Мне завтра рано вставать к первой паре.

Дочь грациозно развернулась и быстро направилась к выходу, оставив после себя едва уловимый аромат жасмина. Глядя ей вслед, я не мог не заметить, какой сильной и независимой она стала. Моей маленькой принцессе уже двадцать три, а для меня она всё та же девочка, которой я когда-то заплетал косички.

Маттео и Никола, не скрывая ликования, торжественно хлопнули друг друга по ладоням. Габриэла, наблюдая за их бурной радостью, лишь покачала головой, но уголки её губ всё же дрогнули в едва заметной улыбке. Она расслабленно откинулась на шезлонг и, уткнувшись в экран телефона, с головой погрузилась в оживлённую переписку. Её пальцы быстро бегали по клавиатуре. Судя по ехидной ухмылке, которая то и дело появлялась на её лице, скоро мне предстояло разбираться с очередной выходкой неугомонной троицы.

Именно в этот момент я поймал себя на мысли, что любовь к детям – это неиссякаемый источник, из которого я черпаю силы. Несмотря на всё напряжение и постоянный риск, присущий нашей работе,мне было жизненно необходимо знать, что они в безопасности, что они счастливы, что я могу защитить их от тьмы этого мира.

Наша жизнь полна сложностей, острых углов и постоянных испытаний. Но она также наполнена яркими вспышками радости, звонким смехом и непоколебимой взаимной поддержкой. В противовес той непроглядной тьме, которую таит в себе наш мир, моя семья – маяк, путеводная звезда, которая позволяет мне не сбиться с пути и верить в лучшее.

Я повернулся к жене, и она уже смотрела на меня, её глаза сияли теплом и любовью. Семнадцать лет… А она всё также прекрасна, моя Biancaneve. Я взял её руку, переплетая наши пальцы.

– Всё будет хорошо, любовь моя. – прошептала она, словно прочитав мои мысли.

Я кивнул, крепко сжимая её руку. С ней рядом я был готов ко всему. К вечной борьбе с тьмой, к безумным выходкам детей, к любым бурям, которые может принести жизнь. Моя семья – моя крепость, неприступный бастион. И пока мы вместе, мы непобедимы.

Конец.