Книга Самый тёмный грех, страница 86 – Ноа Хоуп

Марко отвёл взгляд, его челюсть напряглась, а пальцы нервно забарабанили по деревянной раме двери.

«Он не хочет говорить об этом?» – задумалась я, окинув его изучающим взглядом.

– Я бы так не сказал… – наконец произнёс он. – Конечно, они пережили вместе много дерьма. И я безмерно благодарен им за то, что помогли Лукасу справиться с этим, защищали его и в конечном счёте вернуться домой. Но я никогда не смогу понять то, через что им пришлось пройти. Да и они не особо жалуют чужаков в своём замкнутом мирке. А я не люблю навязываться.

– А может быть, ты просто ревнуешь? – вырвалось у меня, прежде чем я успела прикусить язык. – К тому, что они ближе к твоему старшему брату? Что разделяют с ним то, чего ты не можешь?

– Ревную? – он покачал головой, глядя на меня с притворным изумлением, словно я сказала несусветную глупость. – Да, у нас с Лукасом не было стольких лет, проведённых бок о бок, тем более в такой… тяжёлой ситуации. Но мы всё равно близки. По-своему. Я – его праваярука, Дана. И я вижу в нём гораздо больше, чем монстра, которым ему пришлось стать, чтобы выжить.

В его словах звучала такая глубокая, почти фанатичная преданность, что я невольно поёжилась. Я поняла, что между ними есть нечто большее, чем просто семейные узы – какая-то незримая связь.

Страх постепенно уступал место острому любопытству, и я, стараясь сохранить спокойствие, спросила:

– Расскажи мне о нём. Как он вернулся домой к своей родной семье?

– Тогда тебе лучше присесть. – усмехнулся Марко, уголки его губ дёрнулись, но глаза оставались серьёзными. Он жестом указал на один из диванов, обитых тёмной кожей. – Это долгая история.

Я послушно опустилась на диван, чувствуя, как мягкие подушки приятно обволакивают меня. Марко расположился напротив в глубоком кресле, откинувшись на спинку и небрежно вытянув длинные ноги. Внешне он выглядел расслабленным, но я чувствовала, что это лишь маска.

– После побега, Лукас, Адам, Тео и Джек затерялись в каком-то богом забытом городишке. – начал свой рассказ Марко, его голос стал тише, глубже. – Сняли там грязную, обшарпанную квартирку с крохотной кухонькой и душем, который работал через раз. Лукас рассказывал, как однажды, измученный бессонницей, которая преследовала его после… всего, он залез на чердак и нашёл там коробки со старыми газетами, журналами и всяким хламом. В одной из газет он наткнулся на статью о пропавшем мальчике пяти лет. С его детской фотографией.

Марко молча достал из кармана пиджака пачку с сигаретами, закурил одну и выпустил тонкую струйку дыма в потолок.

– Родители годами искали его, как одержимые. Мы с Селиной родились уже после исчезновения Лукаса. И когда мы подросли, они рассказали нам о старшем брате. О мальчике, которого украли у них. Я понимал всё, конечно. Но для меня Лукас был лишь… образом. Фотографией на пожелтевшей газетной вырезке. Призраком, который преследовал нашу семью.

– Ну это понятно. – тихо проговорила я. – Ты ведь никогда не знал его.

Он горько усмехнулся и продолжил свой рассказ:

– Лукас с парнями были в отчаянном положении. Ввязались в какую-то уличную банду и задолжали крупную сумму своему боссу за украденную партию… кое-чего запрещённого.

– Боже… – я судорожно вздохнула, представив себе, через что им пришлось пройти.