Книга Самый тёмный грех, страница 57 – Ноа Хоуп

– Добро пожаловать. – произнёс Римо, наконец оторвавшись от телефона и повернувшись ко мне. – Нравится?

– Впечатляет. – выдавила я, с трудом проглотив ком в горле. – А доберманы… это действительно необходимо?

– Они просто выполняют свою работу. – ответил он, равнодушно пожав плечами. – Обеспечивают безопасность.

Безопасность или охрану пленников?

Римо вышел из машины, небрежно бросив что-то водителю. Тот поспешил открыть мне дверь, согнувшись в почтительном поклоне.

– Прошу, мисс Вега. – произнёс он, жестом приглашая меня выйти.

Я сделала глубокий, дрожащий вдох, пытаясь справиться с паникой, которая когтистыми лапами сжимала моё горло, и начала выбираться из машины. Но стоило мне выставить ногу на землю, как рядом возник один из доберманов. Огромный, мускулистый пёс с чёрной, блестящей шерстью. Он злобно оскалился, обнажив ряд острых, белых клыков, и издал низкий, утробный рык, от которого по моей коже побежали мурашки. Я замерла, парализованная ужасом, боясь даже дышать.

– Арес, нельзя! – резко, почти жестоко скомандовал Римо. Пёс, хоть и нехотя, отступил на шаг, но продолжал сверлить меня ненавидящим взглядом.

Цепляясь за дверцу машины, как за спасательный круг, я неуклюже выбралась наружу. Ноги подкашивались, а в горле стоял ком, который я никак не могла проглотить.

– Он просто проверяет тебя. – сказал Римо, подойдя ко мнеи положив руку мне на талию. – Не бойся, он не тронет тебя… пока я не разрешу.

Его слова, призванные успокоить, вызвали во мне совершенно противоположную реакцию. «Пока я не разрешу». Эта фраза прозвучала, как приговор. Он контролирует не только меня, но и кровожадных псов. И это осознание наполнило меня ещё большим ужасом.

– Я и не думала, что ты дрессируешь так много собак. – выдавила я, с трудом изобразив из себя подобие улыбки. – Цербер это одно, но такая… стая.

– У меня много талантов, о которых ты ещё не знаешь, но всему своё время. – ответил он, и в его глазах мелькнул странный огонёк. – А что касается этих псов, они всего лишь часть охраны. Куда интереснее бойцовские. Их я лично тренирую для собачьих боёв.

Его слова прозвучали небрежно, как будто речь шла о каком-то безобидном хобби, вроде коллекционирования марок. Но в его голосе, в его взгляде, в этом дьявольском огоньке чувствовалась едва сдерживаемая жестокость, которая заставила меня содрогнуться.

Собачьи бои?! Что ещё скрывает этот мужчина? В какую бездну тьмы мне предстоит заглянуть?

– Зачем тебе это? – спросила я, с трудом преодолевая страх, сковывающий горло.

– Мне интересно наблюдать за тем, как они бьются за свою жизнь, как проявляется их истинная, первобытная природа. – ответил он, равнодушно пожав плечами.

Римо говорил это так спокойно, как будто речь шла о чём-то совершенно обыденном. Но меня передёрнуло от отвращения. Он наслаждается чужой болью и страданиями. И это осознание, как удар под дых, выбило из меня последние остатки воздуха.

– Ты… получаешь удовольствие от этого? – спросила я, не веря своим ушам.

– А что в этом такого? – ответил он, и на его губах появилась лёгкая хищная улыбка. – В собачьих боях есть определённая красота… первобытного инстинкта, борьбы за выживание.

Римо наклонился ко мне, и я почувствовала его горячее дыхание на своей щеке.

– Пойдём. – прошептал он, его пальцы сильнее сжали мою талию. – Тебя ждёт сюрприз. Надеюсь, он тебе понравится.