Книга Самый тёмный грех, страница 21 – Ноа Хоуп

Возможно, это решение обернётся мне боком, но… внутреннее чутьё подсказывало, что я должна остаться с этим мужчиной. В его глазах, несмотря на пугающую маску, я видела что–то… знакомое, что заставляло моё сердце биться чаще, а кожу покрываться мурашками. Не от страха. От чего–то другого.

– Ладно. – прошептала я, отводя взгляд. –Я… останусь. Только…

Не успела я закончить фразу, как раздался оглушительный лай, от которого я подпрыгнула на кровати. В комнату ворвался… огромный чёрный пёс породы «Кане корсо», больше похожий на медведя. Собака с грохотом бросилась к мужчине, радостно виляя хвостом, отчего его тело на мгновение скрылось за чёрной, блестящей шерстью. Я инстинктивно сжалась на кровати, вжавшись в изголовье.

– Тихо, Цербер. – властным тоном произнёс незнакомец.

На лице мужчины, обычно таком непроницаемом, мелькнуло нечитаемое выражение, похожее на… радость? Он присел на корточки, и пёс тут же принялся лизать его лицо через балаклаву. Я невольно залюбовалась этой картиной – безжалостный хищник, превратившийся в ласкового щенка. Впервые с момента нашего «знакомства» я увидела в нём нечто человеческое, какую–то эмоцию, выходящую за рамки холодного расчёта.

– Познакомься, это Дана. – проговорил мужчина, его голос смягчился, приобретя тёплые, бархатные нотки, которые, казалось, были предназначены только для ушей огромного чёрного пса, ворвавшегося в комнату.

Незнакомец погладил пса по макушке, и тот послушно сел у его ног, повернув голову в мою сторону.

– Он не кусается. – произнёс брюнет, поднимаясь на ноги. – Если только я не прикажу.

Несмотря на первоначальный испуг, я не могла сдержать улыбки. Я всегда обожала собак, а этот мохнатый гигант, несмотря на свои устрашающие размеры, был очаровательным.

– Привет, Цербер. – прошептала я, неуверенно протягивая руку, чтобы он её обнюхал.

Пёс перевёл взгляд на своего хозяина, и только когда тот коротко кивнул, подошёл и лизнул мне руку шершавым, горячим языком.

– Похоже, ты ему понравилась. – усмехнулся мужчина, и в его голосе я впервые услышала нотки… удовлетворения? – Он не всем оказывает такое доверие… Даже моего родного брата на дух не переносит.

Цербер, словно подтверждая его слова, положил массивную голову мне на колени и заглянул в глаза с трогательной преданностью.

– Он прекрасен. – прошептала я, осторожно погладив его по голове, и пёс благодарно лизнул мне руку ещё раз.

– Что ж, раз уж ты решила остаться, предлагаю начать с позднего ужина… Я чертовски голоден.

Его глаза скользнули по моим губам, и в этот момент я не была уверена, что он говорит только о еде.

Эта девушка… Я предвкушал нашу встречу, рисовал в воображении картины одну смелее другой, но реальность превзошла все мои самые смелые фантазии. Её острый язычок, дерзкий взгляд – Дана не просто говорила, она разбрасывалась словами, как заточенными кинжалами, попадая точно в цель. Каждая её реплика – вызов, игра, в которой я не собирался проигрывать.

И при этом в ней чувствовалась почти детская наивность, доверие, граничащее с безрассудством. Кто в здравом уме останется в доме практически незнакомого человека, поверив на слово?

Я улыбнулся про себя. Любой другой счёл бы её глупой. Только не я. Меня это забавляло. Эта смесь уязвимости и дерзости опьяняла сильнее любого выдержанного вина, подогревая мою одержимость.