Книга Самый тёмный грех, страница 128 – Ноа Хоуп

Горькая, полная самоиронии усмешка коснулась моих губ.

Каким же я был наивным глупцом! Самонадеянным идиотом! Слепо поверил в иллюзию безопасности,как страус, засунувший голову в песок. Мне следовало быть умнее, предусмотрительнее, осторожнее. И уж точно не стоило привозить её во Францию. В это проклятое логово врага. На территорию нашей организации…

Пальцы машинально сжали переносицу, тщетно пытаясь прогнать нарастающую головную боль, которая пульсировала в висках, словно отбойный молоток.

Отец всегда оберегал Дану от тёмной стороны нашей жизни. Он построил для неё замок, оградив от жестокой реальности. Но я, в отличие от неё, всегда знал, кем мы являемся на самом деле, и что наша семья уже много лет стоит во главе корсиканской мафии. И после его смерти я не только продолжил его дело, но и свято хранил эту тайну от сестры, поддерживая иллюзию нормальной жизни.

Уверен, она бы поняла наше стремление защитить её любой ценой. Но правда в том, что я просто не мог позволить кому-то отнять у меня Дану. Она единственный человек, который имел для меня значение. Без неё я бы не смог существовать дальше. Мир потерял бы для меня всякий смысл, и я бы добровольно присоединился к нашей семье в холодной земле.

После смерти родителей моей единственной целью было сделать всё возможное, чтобы защитить сестру. Дана была тогда ещё совсем малышкой, её лицо знали лишь единицы, и я отчаянно цеплялся за надежду, что благодаря этому смогу защитить её, дать ей шанс на нормальную, спокойную жизнь.

Для этого я инсценировал наши смерти. Поменял нам фамилию с Роше на Вега. Даже уговорил двоюродного брата Армана стать подставным главой организации. Я знал, на какой риск его обрекаю, но готов был на все ради безопасности Даны. Это была жертва, которую я должен был принести. И всё это время, день за днём, я изо всех сил старался сохранить свою истинную личность и внешность втайне. Но все мои усилия оказались тщетными.

Эмиль Морлан… Одно его имя вызывало во мне приступ холодной ярости. Бывший партнёр отца и предатель, который вонзил ему нож в спину и создал собственную криминальную империю, каким-то образом выяснил правду о нас с Даной. Он единственный выживший член той старой гвардии, кто знал о нашем существовании. Кровь стыла в жилах от одной мысли о том, что он может с ней сделать.

Поэтому, когда раздался звонок от Жюля Морлана – старшего сына Эмиля и нынешнего главаря La Crête Noire – и Арман, бледный как смерть, показал мне фотографиюДаны, я не удивился. Скорее, это было тяжёлое осознание неизбежности и ярость на их чёртову семейку, на своих людей и Честера, которые допустили эту оплошность. Но я быстро подавил эмоции, загнав их глубоко внутрь. Мне нельзя было поддаваться панике и терять контроль. Сейчас, как никогда, нужна была холодная голова и трезвый расчёт. Я слишком хорошо знал, чего они хотят – выманить меня из тени и закончить начатое – уничтожить клан Роше раз и навсегда.

И если бы я был уверен, что на этом всё закончится, что, убив меня, они успокоятся, я бы ни секунды не колебался. Встретился бы с ними лицом к лицу и позволил бы им пустить мне пулю в лоб. Но я знал, что им этого будет мало. Их жажда крови неутолима. Они не остановятся, пока не уничтожат каждого члена моей семьи.