Книга Соблазненные смертью, страница 43 – Марго Харт

– Если бы я хотел избавиться от тебя, мы бы сейчас не сидели вдвоем в пустом офисе и не угощались бы кофе с десертами.

После этих слов парень отломил пластмассовой ложкой кусочек бисквита и отправил себе в рот. Он медленно прикрыл глаза, смакуя вкус. Селия в очередной раз залюбовалась привлекательной картиной: белая рубашка, не облегающая, но намекающая на атлетически сложенное тело наемника, и свободные черные джинсы, под которыми угадывались контуры сильных бедер. У Дамиана определенно присутствовал вкус в одежде – образ дополняли белые кеды.

Посмотришь – красивый, уверенный в себе парень, коих немало в Испании. А узнаешь ближе – окажешься на грани разочарования.

– Вкусно, – резюмировал Дамиан. – Так что? Попробуешь?

Веласкес тряхнула головой, прогнав оцепенение, и оттолкнулась от стола, направившись к парню, чей взгляд искрился интересом. По пути пустой стакан полетел в корзину для мусора и попал точно в цель.

Оказавшись рядом с Бланко, Селия ощутила, как яростно заколотилось сердце. Оно поступало так предательски каждый раз, стоило девушке очутиться в непосредственной близости от наемника. Становилось еще хуже, когда Веласкес осознавала: это происходило отнюдь не из-за страха. Дамиан мягко потянул ее за руку, и Селия, не удержавшись, приземлилась к нему на колени.

Их лица оказались слишком близко, так, что они отчетливо могли уловить дыхание друг друга. Как тогда – в офисе отца Веласкес или на благотворительном приеме. Раз за разом игра в затяжное ожидание переходила на следующий, непреодолимый с первого раза уровень.

Бланко поднес ко рту девушки ложку с уже давно отломанным кусочком. Завороженный, он наблюдал, как сначала раскрылись мерцающие от блеска пухлые губы, а затем сомкнулись вокруг шоколадного бисквита. Наемник загнал самого себя в гроб, разлив керосин и передав зажигалку этой обворожительной, на первый взгляд тихой девушке.

Дамиан ощутил легкую дрожь, когда уловил, что все то время, пока Веласкес пыталась распробовать десерт, ее заштормивший взгляд был прикован к его лицу. Селия, за столь короткое время перенявшая у наемника аналитический навык, пыталась считать реакцию, разгадать невербальную тайну.

Это будоражило и возносило до небес.

Омут, в котором хотелось потонуть. Захлебнуться, но перед тем насладиться, вкусить жгучее сладострастие. Добровольно отдаться на растерзание плясавшим вокруг алтаря чертям.

– Вкусно, – повторила за Бланко девушка, улыбнувшись.

Мужская ладонь, широкая и немного шероховатая, легла на шею девушки, перед этим смахнув несколько прядей шелковистых волос. О, будь у Дамиана меньший запас выдержки, он бы уже давно припал к нежной коже с обжигающими поцелуями, упиваясь возбуждающей истомой.

– Не перестаешь удивлять, Селия, – ласково прошептал парень, погладив девушку по щеке. – Хотелось бы знать, что сейчас творится в твоей голове, но я и так догадываюсь.

Наемник чувствовал себя странно. Происходящее при всей своей неуместности ощущалось правильным. Веласкес разделяла это чувство, добровольно отдаваясь в плен, подобно птичке, угодившей в ловушку.

– Коль гореть,– заговорщически начала Селия, – так уж гореть, сгорая^[10].

С минуту Дамиан молча обдумывал услышанное. Чаши весов беспрестанно колебались.

– Интересуешься русской классикой?