Книга Поддайся искушению, страница 158 – Виктория Блэк, Елена Сокол, Влада Мишина, и др.

– Помнишь тот день в кафе? Ты пролила кофе на свой шарф, вязаный… с оленями, – спрашивает он и делает паузу, как будто смакуя воспоминание. – Я наблюдал за тобой с того самого дня.

Страх сдавливает горло, но вместе с ним поднимается странное возбуждение. Его одержимость мной… она опьяняет, дурманит, затягивает в водоворот безумия.

– Я знаю о тебе все, – продолжает он, его голос вибрирует от едва сдерживаемой страсти. – Ты стала моим наваждением, Нора. Я не могу думать ни о ком, кроме тебя.

Тео наклоняется, его губы почти касаются моего уха, и я замираю, боясь пошевелиться, ощущая, как его слова проникают мне под кожу:

– Я ждал тебя так долго… И я больше никогда не отпущу тебя, моя маленькая птичка. Ты моя. Поняла?

Он смотрит мне прямо в глаза, требуя ответа. И его слова, как клеймо, выжигают в сознании это опасное, пьянящее «моя». Сопротивление бессмысленно. Оно растворяется в темном чувстве, которое я с ужасом и восторгом начинаю распознавать как… ответное желание.

– Твоя… – шепчу я едва слышно и сама себя не узнаю. Но в этих словах – не покорность. В них – признание того, что я тоже охвачена той же порочной связью. Я – его. И он – мой. Навсегда.

Его глаза темнеют от первобытной страсти, готовой вырваться наружу. Но она меня не пугает. Тео никогда не причинит мне вреда. Его «алтарь», посвященный мне, – пугающий, но в то же время завораживающий, – физическое воплощение его одержимости, подтверждение силы его чувств. Поначалу меня терзал страх, что все это – лишь извращенная игра его больного воображения. Но сейчас, глядя в его глаза, я вижу только искренность и почти болезненную нужду во мне.

Он наклоняется, прижимаясь ко мне всем телом. Чувствую твердое очертание его возбуждения у себя на животе, и последние сомнения тают. Но прямо сейчас я не хочу быть объектом его поклонения. Нет. Теперь пришла очередь моегомужчины.

Обхватываю его лицо ладонями, заставляя посмотреть мне в глаза. Медленно провожу большим пальцем по его нижней губе, чувствуя, как он невольно приоткрывает рот, как будто жаждет моего прикосновения. Но я не задерживаюсь и скольжу пальчиками вниз по его животу.

– Тео, – шепчу я, останавливаясь на ремне брюк. Под моими пальцами напрягаются его мышцы, и я чувствую, как учащается его дыхание. – Я люблю тебя.

Слова вырываются сами собой, неожиданно даже для меня. Но в этот момент я понимаю, что это правда. Я люблю этого странного, одержимого мной мужчину.

Тео поднимает руку и осторожно, почти благоговейно касается моей щеки.

– Нора… – шепчет хрипло, голос срывается от переполняющих его эмоций. – Я даже не мечтал…

Он замолкает, будто не в силах подобрать слова, чтобы выразить всю глубину своих чувств. Потом, сделав глубокий вдох, продолжает, глядя мне прямо в глаза:

– Я люблю тебя, Нора. Ты мой воздух. Мое солнце. Все…

Не отрывая от него взгляда, расстегиваю молнию на платье и позволяю ткани скользнуть к ногам, обнажая свое тело. Видя, как в его глазах разгорается пламя вожделения, не могу сдержать лукавой ухмылки.

– Я… я хочу тебя. – Шепчу, притягиваясь к его губам.

Наш поцелуй – вихрь из желания и нетерпения, властный и требовательный, но короткий. Мы оба хотим перейти к более интересной части.

Расстегиваю его ремень, затем молнию на брюках и медленно опускаю их вместе с боксерами, освобождая его напряженный член. Он дергается, пульсирует в моей руке, такой горячий и твердый. Провожу по нему пальцами, наслаждаясь его жаром, гладкостью кожи. Тео издает тихий стон, закрывая глаза от удовольствия. Помогаю ему снять рубашку, любуясь рельефом его мускулистого торса, игрой света и тени на его коже. Вот он – передо мной. Полностью обнаженный, уязвимый. Мой.