Книга Бессердечный, страница 77 – Джек Тодд

Остается надеяться, что наваждение отступит, едва мы переспим. Секс здорово снимает напряжение и с легкостью избавляет от навязчивых мыслей. Чем мысли об Алекс хуже? Да ничем.

Я заглядываю в бар за пачкой любимых сигарет и выхожу на улицу, уже прикурив. Пришлось взять еще и зажигалку, чтобы не рисковать лишний раз. Вечер давно уже сменился ночью, на небесах еле виднеется сквозь облако смога луна – лучшее время, чтобы заглянуть к куколке и проверить, насколько хватит ее забавной выдержки. Она ведь пыталась оттолкнуть меня и воззвать к совести.

«У тебя же есть Анжелика!»Сколько чести и гордости для выросшей на улицах воровки. Сколько милой наивности.

Но вместо знакомого запаха вишни и мяты меня преследует запах проблем. В фойе нет дежурного, а на дверях лифта красуются свежие вмятины и следы гари, будто минут десять-пятнадцать назад здесь произошла крутая заварушка. Рядом, на отделанном под мрамор кафеле, валяется треснувший мобильный телефон в синем чехле и несколько мелких монет.

И чехол кажется смутно знакомым.

– Mierda! – восклицаю я, поднимая телефон с пола. Верчу его в руках и понимаю, что видел уже не один раз: в ладонях Алекс или торчащим из кармана ее безразмерных толстовок.

Остатки опьянения трескаются и спадают, как грязь, высохшая на солнце, и в голове вдруг проясняется. Я переживал, что куколка облажается на задании, если я вдруг отправлю ее куда-нибудь, а в итоге сам и подвел ее к опасности. Может быть, не пристань я к ней в клубе, она не вернулась бы домой раньше времени. Может быть, последуй я за ней, успел бы сделать хоть что-нибудь. Но история не терпит сослагательного наклонения.

Схватив собственный телефон, я набираю Кейна.

– Ты снова довел до слез нашу королеву драмы, – театрально вздыхает тот вместо приветствия. На фоне слышатся десятки голосов и музыка, значит, он до сих пор в клубе. – Тебе не стыдно, Грег?

– Захлопни пасть, Кейн, – отвечаю я куда грубее, чем собирался, но сейчас нет времени думать о приличиях. – Кто сегодня дежурил в жилом комплексе?

– Парни Лиама, как обычно по четвергам. Салливан, вроде бы. Что-то пошло не так?

– Все, черт возьми, пошло не так. Тащи свою задницу на второй этаж и подними записи с камер, а я пока проверю, не осталось ли в фойе других следов.

– Без проблем, босс, – слышно, как Кейн бормочет что-то в сторону, наверняка Анжелике, но в его голосе не осталось места ни иронии, ни легкости. – Но ты вроде как не в себе, не попадись сам. Кому досталось?

Несколько долгих секунд я молчу, внимательно рассматривая следы пламени на стенах и металлических дверях лифта. Скольжу взглядом по опустевшей стойке, по следам пламени на белоснежном когда-то потолке и приглушенно ругаюсь от досады.

Слишком расслабился, идиот.

– Алекс, – говорю я наконец, и тон мой на удивление холоден и спокоен. От опьянения не осталось и следа, как и от расслабленного, поддавшегося чувствам Грегора. Сейчас с Кейном говорил Змей, а Змею некогда распыляться по мелочам.

Хорошая ли идея – устроить шоу и свалить куда подальше? Сейчас кажется, что убежать не только из клуба, но и из квартиры, да даже из Коконат-Гроув – лучшее решение в моей жизни, несмотря на то что телефон остался валяться в фойе жилого комплекса, а метку на запястье обжигает огнем из-за той пары фокусов, какие пришлось выкинуть.