Книга Бессердечный, страница 120 – Джек Тодд

К лицу приливает жар, и я нервно тереблю ворот футболки. Мне бы тоже спрятаться в душе, подумать немного и расслабиться, но тело словно налилось свинцом и приросло к неудобному стулу. Только и остается, что постукивать пальцами по стеклянной столешнице и пожирать босса глазами.

Грегора. Уж теперь-то я просто обязана научиться называть его по имени.

– А вчера… – начинаю я, но сразу же умолкаю, будучи не в силах подобрать слова. Говорить на серьезные темы после бурной ночи, когда понятия не имеешь, что у босса в голове – та еще задачка. И вот, пожалуйста, я снова не смогла назвать его Грегором. – Вчера ты много говорил о прошлом, босс.

Несколько долгих мгновений он смотрит мне в глаза – пристально, внимательно, будто хочет загипнотизировать, но я ничего не чувствую. Ни легкого холодка вдоль позвоночника, ни шевеления в голове, как если бы кто-нибудь решил поковыряться там ложкой. Что бы Грегор ни задумал, сейчас он едва ли планирует обратиться Змеем. Холодным, противным и расчетливым.

Но всякое подобие улыбки в конце концов стирается с его лица, уступая место мрачной решимости. Вот ты все и испортила, Алекс. А могла бы просто заварить ему чаю, налить воды или предложить позавтракать в кафе на первом этаже.

– Да. И надеюсь, что ты будешь держать язык за зубами, muñequita, иначе мне придется сделать это за тебя. И, поверь, тебе уж точно не понравится. – Грегор поднимается из-за стола и косится на джин, будто раздумывая, не стоит ли приложиться к бутылке. Но вместо этого достает пачку сигарет из висящего на спинке стула пиджака.

У меня рука не поднимается его остановить. Пусть курит, если так хочется, потом все равно квартиру в порядок приводить. Но что-то подсказывает мне, что уже вечером я буду жадно втягивать запах табака, представляя, что босс все еще здесь.

– Я не трепло, босс.

– Грегор, muñequita, я же просил.

– Грегор, – я закатываю глаза, – Грегор с идиотской фамилией. Без обид. Но я не могу спокойно называть тебя по имени, когда ты постоянно говоришь по-испански. Почему именно Грегор Бьёрнстад? Имя даже не кубинское или там не мексиканское.

– Нельзя жить в Майами и не говорить по-испански, muñequita, – почти смеется он и выдыхает густое облако дыма. Ни о какой обиде, судя по всему, и речи не идет. – А имя мне выбирал отец. К счастью, к тому моменту, когда я мог ему за это отомстить, он уже сторчался.

И он так спокойно об этом говорит – совсем не как вчера, когда рассказывал о младшей сестре. Сейчас в глазах Грегора нет ни капли сожаления или отчаяния, смерть отца для него сродни шутке или досадному недоразумению. Наверное, так оно и есть, но спрашивать я не решаюсь, только улыбаюсь в ответ и с ногами забираюсь на стул, натянув футболку едва ли не на колени.

Выгляжу как идиотка, не иначе. Ну и наплевать, Грегор видел меня и в куда более интересном виде – даже думать не хочу, как я извивалась под ним ночью и какую чушь несла. Умей я нормально краснеть, сейчас обязательно покрылась бы красными пятнами, но, к счастью, выдает мое легкое смущение лишь нервный смех.

И тупые шуточки, куда же без них.

– Херовая у тебя была жизнь, бо… Грегор.

– Спасибо, muñequita, – весело хмыкает он и тушит сигарету о метку на правой руке. Твою мать, больно же должно быть. Но Грегор ни на мгновение не меняется в лице, только оглядывается в поисках пепельницы, а ее у меня в квартире нет. – Но меня вполне устраивает. Как насчет привести себя в порядок и прогуляться до клуба?