Книга Искуситель, страница 101 – Джек Тодд

И такого взгляда я не замечала у него никогда. А потом Мертаэль целует меня – резко, горячо и так безрассудно, словно еще секунда, и он лишится этого права навсегда. Исчезнет. Растворится в пространстве, как делает обычно. Я обвиваю его шею руками, прижимаюсь к нему всем телом и отвечаю, насколько хватает дыхания. На глаза наворачиваются слезы.

До чего же все это неправильно. Больно. Странно. Разве так должны чувствовать себя влюбленные?

– Какая же ты дура, Сильвия.

От его шепота мурашки по коже, но я не в состоянии и пальцем пошевелить, да и момент портить не хочется. Я впервые вижу Мертаэля таким открытым, таким человечным. И оттого еще более странно, что он крепко прижимается своим лбом к моему, что так тяжело и шумно дышит.

– Ты же ничего не знаешь. Не понимаешь, о чем просишь.

– Так расскажи мне. Расскажи, почему ты ведешь себя как последняя скотина. Почему это мое желание выбивается из списка таких же. Или почему, черт побери, у тебя такое странное имя. Зачем ты вообще мне его назвал? Продолжал бы делать вид, что я язык об него сломаю. Из-за тебя у меня ничего не осталось, за мной по пятам ходит полиция, и скоро я вылечу из колледжа. Не думаешь, что я имею право знать хоть что-нибудь?

И Мертаэль смотрит на меня как на круглую идиотку. Вскидывает брови на мгновение, а потом вдруг смеется – громко, надрывно, все с тем же отчаянием.

Да что с ним происходит?

О, не переживай, Сильвия, это всего лишь ты. Это пройдет, если я как следует постараюсь, но разве ты не заметила, что ничерта у меня не получается? Проваливай из моей головы, Сильвия. Убирайся оттуда, пока твоя любовь не превратила меня во что-то, чего я и сам-то понять не в состоянии.

Голос в голове, такой знакомый и такой чужой одновременно, вместе со смехом сливается в надрывный крик души. Я не слышу его, но чувствую – внутри и снаружи одновременно, как особо громкие басы в клубе, когда музыку врубают на полную. И теперь мне становится по-настоящему страшно. Глядя, как Мертаэль нервно посмеивается, выпрямившись во весь рост и запрокинув голову, я невольно делаю шаг назад.

Исполнит ли он мое последнее желание? И во что может превратить его любовь? Честно говоря, я понятия не имею, но набираю полную грудь воздуха, плотно жмурюсь и шагаю обратно. Все быстрее и быстрее, пока наконец не обнимаю Мертаэля поперек торса.

Он мгновенно умолкает.

Пусть прикончит меня. Или загипнотизирует. Я не сдамся и от своего желания не откажусь. Там, за надменностью и самоуверенностью, за массивными рогами и острыми когтями, скрывается такое же до ужаса одинокое существо, как и я.

И никогда больше я его не отпущу.

Мое самое сокровенное желание – любовь, и мне хочется, чтобы Мертаэль полюбил меня в ответ. Неважно, что придется для этого сделать и чем пожертвовать. Разве я не отдала достаточно, чтобы наконец добиться любви? Хоть от кого-нибудь, пусть даже призванного из глубин Ада демона.

Да плевать, честное слово.

Он именно тот, кто мне нужен. Ведь правда?

Сердце болезненно сжимается, и я уверена: ошибки быть не может. Кем бы ни был Мертаэль, как бы сильно ни хотелось ненавидеть его всем сердцем – как несколько месяцев назад, когда он удерживал меня рядом одной лишь демонической привлекательностью и страхом смерти, – у меня не выходит.