Книга История зимы, что окрасила снег алым, страница 141 – Марина Лаврук

– Вдали от дома… Неужели вам совсем не грустно? А как же ваши семьи?

– Мы проводим здесь несколько дней, а после меняемся. Спасибо за заботу, господин.

– Значит, у вас есть семья? Сыновья? Дочки? – воодушевленно поинтересовался Акио, продолжая играть, пока пальцы за спиной вырисовывали единственную медицинскую технику, известную ему.

– У меня два сына, – довольно включился в разговор второй страж.

– А у меня маленькая дочь, – все еще удивленно пробубнил первый.

– Ах, как же это чудесно! – Акио метнул взгляд в сторону леса и прикинул, сколько времени прошло. Нужно потянуть еще немного.

– Господин, я вынужден спросить: что вы здесь делаете? Это не место для прогулок.

– Да? А я пришел на свидание, – ляпнул первое, что пришло в голову, Акио, и стражники окончательно перестали скрывать растерянность.

– Здесь? – неуверенно уточнил первый.

– Да, но человек, которого я ждал, так и не пришел. – Состроив грустную мордашку, Акио старался не выдавать глазами шока от собственного бреда. – Вы не могли бы сообщить брату, что встретили меня и что я уже иду домой?

– Да, конечно, я сообщу господину, но вы уверены, что доберетесь самостоятельно? – Стражник с трудом сдержал охватившую его зевоту.

– Вы же знаете брата. Скажете ему, что я в этом лесу, и он его с землей сровняет, ища меня. Так что я просто пойду и лягу на полянке в ожидании спасения.

Стражники понимающе кивнули, и Акио вновь убедился, что Иошихиро носит почетный статус курицы-наседки. Он изобразил придурковатую улыбку и вернулся в гущу леса, пока мужчины, вырисовывавшие заклинание для главы о нежданном госте, погружались в сон. Скорее всего, они были не единственными, но Акио предполагал, что между постами должна быть как минимум сотня шагов. Макото всегда считали странноватым, поэтому единственное, о чем стоило переживать, – что очнувшиеся стражники напишут гневное письмо главе о произошедшем.

Разлом оказался не так близко, как хотелось бы, и Акио начал невольно возмущаться вслух, раздраженный внезапным одиночеством, которого так усердно избегал.

Наконец он подошел практически к краю разлома, но так и не понял, где искать своих спутников. Он уже приготовился излить новый поток возмущений, как вдруг что-то резко дернуло его за талию, а вырвавшийся от неожиданности вскрик приглушила большая грубая ладонь. Акио испуганно дергался, пока не увидел на другой стороне разлома, в паре шагов от себя, Рику. Она кивнула ему, как бы успокаивая, и Акио наконец заметил зеленое одеяние на руке, зажимавшей его рот.

Рика выглянула из-за дерева, у которого стояла, и сделала жест, будто просила Акио что-то ей дать. Он непонимающе посмотрел на нее в ответ. Рика недовольно закатила глаза. Внезапно большая горячая ладонь нырнула под халат Акио, а затем он почувствовал легкий холод, и рука Таро вытащила из его одежд белый кинжал императора.

Таро бросил клинок Рике, но она, почему-то вдруг став рассеянной, ухватила его за лезвие, а не рукоять.

– Проклятье, острый! – выругалась она едва слышно, сжав окровавленную ладонь.

Наконец Таро отстранился и отпустил Акио. Тот с интересом наблюдал за Рикой, которая наклонилась к неглубокому разлому с непонятным болотом внизу и бросила туда кинжал.

– Почему она думает, что это сработает?

Но Таро вновь выставил ладонь перед губами Акио, жестом приказав молчать. На какое-то мгновение они все замерли.