Книга Чернильные цветы, страница 137 – К.О.В.Ш.

Музыка сменилась, и заиграл бэк-вокал. Лу воспользовалась этим, чтобы, танцуя, приблизиться к Роме, готовясь к кульминации своего маленького шоу. Это было слишком для нее. Слишком откровенно. Никогда не говорившая о своих чувствах, она раздевалась для него, преодолевая те границы, что сама установила. Разнося в прах условности, она пела о том, как ей нужен роман с ним. Она сгорала от желания, она хотела быть еще ближе. Только она и никто больше.

Резкие шаги, ближе и ближе. Лу поставила ногу между его широко разведенных ног и склонилась к нему. Плевать, как это выглядит. Остались лишь он и она. Тонкие пальцыподцепили кончик галстука и с силой потянули, заставляя парня податься вперед. Их лица почти соприкасались.

Да, она хочет его любви, черт подери! Отшвырнув галстук в сторону, она мимолетно коснулась его лица и ушла назад в середину зала.

Остаток песни она допевала, не осознавая, не думая. Только чувствуя, как спину прожигают глаза цвета виски.

Закончив петь, Лу отдала микрофон следующему и, подхватив с пола свой пиджачок, подошла к столу. Рома смотрел на нее во все глаза, она же даже не повернулась в его сторону. Опрокинув свой бокал мартини залпом, она надела пиджак и пошла к выходу.

Парень несколько мгновений тупо смотрел на ее спину, а Маринка потянула его за руку.

– Я рассказала ей про Лику.

– Бля.

Рома наконец понял, почему Лу казалась такой странной с тех пор, как заявилась Анжела с подругами. Бросив на стол несколько купюр, не прощаясь с друзьями, он поспешил к выходу.

Лу стояла на улице, прислонившись к стене заведения, глубоко затягиваясь сигаретным дымом. Глаза ее были закрыты, только черные ресницы подрагивали.

– Лу? – позвал ее Рома. – Ты чего убежала?

Она не ответила. Только посмотрела на него и снова затянулась. Она не знала, что ему сказать. Эмоций было много, а слов, как всегда, не хватало. Она торжествовала, потому что своего добилась, – он смотрел только на нее. Но до этого он смотрел на Лику. Это было неприятно, непонятно и мерзко. Она обнажила перед ним то, в чем сама себе признаться не могла, а теперь ей хотелось наорать на него. Рома выворачивал ее наизнанку, поднимая с самых глубин то, что должно было там и остаться.

Ник всегда говорил, что ревность – паршивое чувство. Ревнуешь – значит, не доверяешь. Или проблемы с самооценкой. В общем, ревность для слабаков. И Лу совершенно не хотелось признаваться Роме, что она ревнует к этой «кукле Барби».

– Там жарко. – И все. Ничего больше не скажет.

– С тобой везде жарко, – прошептал Рома, склоняясь к ее лицу. – Мне очень понравилось, как ты пела.

– Спасибо. Отвези меня домой, – попросила она. Возвращаться не хотелось совершенно.

Рома хотел спросить ее, что происходит, но громко хлопнула входная дверь, а потом раздался девчачий смех.

– Ром, привет! – Лика со своими подругами подошла к ним. – Какая неожиданная встреча. – Девушка ненавязчивым движением прикоснулась к его плечу.

– Привет.

Лу смотрела на Рому, не мигая и ожидая, что он сделает. Краем глаза он заметил, как тонкие пальцы девушки сжались всего на мгновение, а потом ее рука скользнула в карман пальто за новой сигаретой. Парень почти физически ощущал напряжение, исходившее от Лу, которая замерлав ожидании развязки.