Книга Виноват кофе, страница 92 – К.О.В.Ш.

– Понравилось? – нахально спросил он, улыбаясь до ушей.

Кристина едва не ляпнула, что нравились ей его улыбка и ее рука в его руке, а не бешеная скорость и страх поцеловать лед, но промолчала.

– Где ты научился так кататься? – восхищенно спросила она.

– Отец и дядя в молодости занимались любительским хоккеем. – Илья немного поморщился, признавая, что любовь к конькам – единственная общая черта с отцом. – Не люблю хоккей, но кататься на коньках обожаю с детства. В младших классах долго в секцию ходил.

– Круто, – только и могла сказать Кристина и тут же вздрогнула от неожиданности.

Кто-то во дворе рядом запустил салют, а компания ребят в коробке стала выкрикивать поздравления и открывать шампанское. Кристина подняла лицо вверх, рассматривая яркие огни в небе.

– Как красиво, – тихо выдохнула она, улыбаясь самой себе.

Илья вздрогнул и замер на месте. Слова потерялись где-то в горле, а воздух застыл в легких – его резко и неожиданно ударило под дых, колко и рвано, и внутри словно что-то застряло. Он смотрел не на салют, а на Кристину и медленнои глупо растягивал рот в дебильной улыбке. В животе вспорхнула бабочка, а потом еще одна, и еще одна, и еще. И их там был целый рой. Они трепетали под кожей, летали и кололи, как мелкие иголки с током. И это дурацкое свербящее чувство становилось все больше, все сильнее и отчетливее. Ему было так не по себе и одновременно так хорошо.

Илья залип на профиле Кристины и впервые рассмотрел внимательно. Нос у нее был чуть вздернут, смешно и мило. Ресницы длинные… красивые. Глаза выразительные карие, ему всегда нравились кареглазые девушки. Подбородок небольшой, острый, по линии челюсти небольшая родинка. Сейчас, когда Кристина подняла лицо вверх, ее видно, а если девушка нахохлится, спрятав пол-лица за шарфом, то родинка скроется.

Кристина стояла перед ним и не догадывалась, что в голове Ильи взрывался целый космос, рождая новую вселенную, и он не знал, что теперь делать. Шампанского в крови было недостаточно, чтобы толкнуть на глупость, а бабочки в животе так вообще заморозили язык.

Он не представлял, что должен делать, что он может сделать. Раньше склеить девушку было как щелкнуть пальцами, они сами вешались на него. А сейчас он урод в шрамах. Но ведь Кристина не как Лена.

К Илье вдруг пришло еще одно осознание: Кристина была совершенно не похожа на других девушек и тем более на его бывших. И он был рад этому, но в то же время растерян.

Может ли он позвать ее на свидание? Или не стоит? Что она вообще думает о нем на самом деле? И каковы его шансы? И есть ли вообще какие-то шансы, учитывая, что какой бы классной она ни была, но даже она назвала его гоблином?

– Я рад, что встретил тебя, – вдруг выдал он, а когда до него дошло, что именно он сказал, зачем-то добавил: – Пусть даже и ценой моей счастливой куртки.

Кристина отвлеклась от салюта и растерянно посмотрела на него, словно не поняла, что он только что сказал.

– Почему ты вспомнил о ней сейчас? – смущенно спросила Крис, подумав о том, что надо бы позвонить в химчистку и узнать насчет чудо-средства, о котором ей говорили.

– После праздников будет очень важная встреча с партнерами из Германии. Если все пройдет хорошо, то я получу премию, а если нет… – Илья провел пальцем по горлу, показывая, что будет, если сделка с немцами сорвется. – И я, с одной стороны, уверен, что все будет отлично, мы работаем как черти, ас другой… хотелось бы надеть свою куртку. Тогда бы точно ждал успех.