Книга В плену синих роз, страница 32 – К.О.В.Ш.

Он снова очнулся, и этого достаточно.

– Безликий.

Демон обернулся на голос Лиса, единственного, кто был с ним в его покоях. Кицунэ стоял неподвижно, словно тень, а на лице застыла невыносимая мука стыда. Он был бледным, и, казалось, даже его огненно-рыжие волосы потускнели под гнетом вины.

– Пришел за покаянием? – хрипло фыркнул Безликий. – Ты опозорился в битве с Арго – слабак едва не убил тебя.

– Прости, – Лис склонил голову, бледнеяеще сильнее и опуская глаза в пол. – Я дорого заплатил за тот бой. И тебе пришлось заплатить вместе со мной.

– Объяснись. – Безликий обошел ритуальную плиту и встал рядом с ним.

Лис был высоким, крепким и хорошо сложенным, но рядом с повелителем смотрелся провинившимся мальчишкой, пытающимся съежиться от страха, как когда-то давно при их первой встрече.

Ореховые глаза вспыхнули огнем, когда кицунэ частично трансформировался, демонстрируя последствия встречи с Арго.

Безликий недовольно цокнул языком, увидев всего шесть рыжих хвостов.

– Я потерял три из девяти хвостов, Безликий. Потерял бы больше, если бы не Теон, – признался Лис, до крови прокусив губу клыками: на самом деле он бы умер, если бы перевертыш не помог ему. – Теперь я могу создавать лишь одного двойника для боя и лишился некоторых способностей… Я не знаю, восстановятся ли они со временем. Я… я больше не могу быть твоим хранителем.

Кицунэ виновато прижал огромные лисьи уши к голове, а Безликий молча зашел ему за спину, внимательно рассматривая хвосты, которые нервно подергивались, показывая, как взволнован Лис.

– Это еще не все, Безликий, – сдавленно продолжил он. – Ты приказал никогда не носить тебя для исцеления к озеру забвения…

– Я помню, что приказывал.

– Твой приказ выполнили, и потому ты провел в забытьи два года. Я очнулся две недели назад и все это время был здесь, применяя свою силу для твоего пробуждения, но… два года, Безликий. Я подвел тебя, прости.

Лис склонил голову, обнажая шею перед повелителем, – он был готов принять смерть от рук того, кто когда-то его спас. Он не испытывал страха, лишь жгучий стыд за то, что подвел единственного, кто в него верил.

– Почему мой хранитель блеет, как перепуганный козел? – недовольно поинтересовался Безликий, встав к Лису лицом и до боли сжимая его плечо. – Я выбрал тебя, маленького духа – лисенка, на горе Фудзи. У тебя тогда не было ни одного хвоста, но ты обещал быть моим хранителем, как настоящий кицунэ. Ты забыл, что я тебе сказал в тот день?

– Последний может стать первым, – процитировал Лис, поднимая голову вверх. – Но я…

– Облажался, верно, – закончил за него Безликий. – Хочешь принять смерть или будешь служить мне дальше?

– Но шесть хвостов…

– Я выбрал тебя не за хвосты! Ты был достойнее, чем тот ублюдок, что хотел убить тебя. Или я ошибся в своемвыборе?

Лис выпрямился и взглянул прямо в прорези маски Безликого. Выражение лица было бесстрастным, но в голосе звучала решимость, когда он обратился к повелителю:

– Клянусь, я больше не подведу тебя.

– Умерь свое рвение, Лис. – Безликий отмахнулся и сел на ритуальную плиту, скрещивая руки на груди. – Вечность стирает в порошок любые обещания, а жизнь любит бросать вызовы.

– Тогда какую клятву мне дать?

– Никакую. Достаточно того, что ты усвоил урок и готов служить мне дальше. Я тоже усвоил урок: слуги палача не такие хилые, как мне казалось. Хоть что-то приятное.