Книга В плену синих роз, страница 119 – К.О.В.Ш.

– Лучше думай не о моих амбициях, а о себе. Похоже, у тебя скоро будет много работы, – бросила Ферайя, желая оставить последнее слово за собой.

– О чем ты?

– Я слышала, что Кирино хочет провести голосование и отправить тебя убивать монстров, которых Нуар выводил на границе с геенной. Многие из них неразумные, но зато очень кровожадные. Лучше истребить их до того, как они прогневают хаос.

Клыки Безликого непроизвольно удлинились от ярости – Кирино не усвоил урок. Опять решил провернуть грязное дело руками палача. Придется отвлечься от поисков фаворита Лотос и оторвать крылья королю преисподней.

– Ты меня утомляешь своими разговорами. Отойди от меня, – устало сказала Лотос.

Она демонстративно помассировала виски и выглядела ничуть не удивленной словами Ферайи. Зато у Ферайи глаза на лоб полезли, когда она увидела браслет на руке Лотос. Она попыталась схватить палача за руку, но та увернулась, и цепкие пальцы Ферайи ухватили лишь воздух.

– Откуда у тебя эти алмазы?! – заорала Ферайя, привлекая вниманиене только Безликого, но и половины зала. – «Слезы преисподней» добываются только на моих землях! Ты посмела украсть их у меня?!

Безликий удивленно уставился на литой черный браслет на руке палача. Красивый, необычный и действительно инкрустированный «слезами преисподней» – редкими алмазами, названными так за свою прозрачность. Их было очень тяжело найти, и почти все залежи были на землях Ферайи.

– Мне его подарили.

Ферайя едва не захлебнулась от злости, а Безликий – от желания узнать, кто посмел делать палачу такие подарки.

– Кто? Кто будет дарить подарки такой, как ты?!

Ферайя махнула руками, на которых поблескивали десятки браслетов, но все камни в них уступали в прозрачности тем, что были в браслете Лотос.

– Мне подарил его Вагис, – ошарашила всех собравшихся Лотос. – И он всегда дарит лучшие украшения. Жаль, тебе такие не светят.

– Тебе тоже! Он сдохнет в геенне!

Ферайя почти забыла о клятве ненападения и хотела броситься на палача. К ее удаче, Лао вмешался в ссору до того, как Безликий вышвырнул Ферайю с бала, и отозвал на якобы срочный разговор.

Остальные слушатели продолжили с любопытством шептаться и пялиться на Лотос и ее браслет. Кто-то громко говорил, что палач нарывается на неприятности, а кто-то посмеивался над униженной Ферайей.

Лотос собиралась уйти в глубь зала, но Безликий преградил ей дорогу, а Лис молча встал рядом.

– Приветствую, Безликий, – спокойно сказала Лотос.

Безликий прочел в ее взгляде, что она недовольна тем, что он слышал ее стычку с Ферайей. Тонкие пальцы палача чуть подрагивали, а он не мог отвести взгляда от браслета на ее руке. И все же ее безопасность стояла в его приоритетах выше, чем злость на нее.

– Решила не позорить бал траура присутствием своих слабаков и пришла одна, палач?

– Когда ты уже отстанешь от меня и моих слуг, Безликий? – вспыхнула Лотос.

– Когда ты назовешь мне имя, мои слуги прекратят охоту на твоих ублюдков. – Безликий склонился к ней, едва не шепча на ухо. – Посмотри, что случилось с Вагисом. Хочешь закончить так же?

Лотос вздрогнула и отшатнулась, едва не ударившись о грудь Лиса, который обошел ее и встал со спины.

– Я говорила тебе, среди моих слуг нет того, кого ты ищешь! – прошипела Лотос. – Оставь их в покое. Триста пятьдесят лет преследований! Тебе не надоело? Ты не объявлял мне официальную войну, новсе, что ты делаешь, отравляет моих приближенных и мешает мне спокойно жить!