Книга В плену синих роз, страница 116 – К.О.В.Ш.

– Безвкусица, – озвучил его мысли Теон.

– В кои-то веки согласен с тобой, – бросил Лис, поправляя свое многослойное кимоно.

Безликий перевел взгляд на своих сопровождающих. В этот раз он ради разнообразия решил соблюсти все условия, которые были в приглашении на бал.

Прийти безоружным. Взять с собой не более двух слуг, которые также не должны брать с собой оружия. Отдать дань памяти Нуару и одеться в его любимые цвета. Принести клятву о ненападении на балу и прибыть открыто, используя свиток-приглашение.

Теон был одет в черную рубашку, золотого цвета штаны, черные сапоги и золотые наручи. Почти идеально. Картину портил только выбритый висок, где пестрела алым свежая рана от последней стычки с любимой химерой палача.

Акира. Это имя полынью горчило на языке Безликого. Он гонялся за приближенным Лотос с того самого дня, как она заявилась к нему в сад, чтобы украсть особенную розу. Безликий был почти уверен, что Лотос влюбилась в этого слюнтяя и зачем-то пыталась своровать розу для него. Не зря же она так оберегала химеру, а тот, как верная собака, сидел подле ее ног. Сегодня она точно придет сюда с ним, и Теон вызовет его на смертельный поединок и прикончит.

А когда сердце палача освободится от ненужных чувств, Безликий поможет ей склеить его и превратить в камень, как раньше.

Демон кровожадно улыбнулся этой мысли и перевел взгляд на Лиса.

Кицунэ надел одежду, которую Безликий создал своими руками и подарил ему. Длинное, в пол, кимоно с накинутым на плечи хаори. Снизу цвет был бледно-желтым, но поднимаясь выше, он магическим образом переливался все ярче к золотому, на груди и плечах превращаясь в огненно-оранжевый, сливаясь с его рыжими волосами, собранными в сложную прическу. Если смотреть с одного ракурса, то Лис был будто восходящее солнце из мира смертных, а если зайти с другого, то он напоминал заходящее солнце. Лучшее олицетворение его хранителя. Он был зарей для соратникови последним закатом для врагов.

– Пошли, – бросил Безликий и направился внутрь пирамиды.

Повсюду были волчьи головы и морды чудовищ из преисподней. Сотни факелов подсвечивали это уродство. Безвкусно оформленный зал был полон гостей. Как и на всех подобных балах, от второго и третьего круга присутствовали лишь избранные представители. Они должны были выражать скорбь, но вместо этого обменивались сплетнями. Шок от того, что Нуар был убит, уже сменился перемыванием костей Вагису, а ведь прошло всего несколько дней.

– Теон, растворись в толпе и шпионь, – тихо приказал Безликий. – Лис, следи за входом. Доложи, когда появится палач.

Теон тут же исчез, Лис сдержанно кивнул и тоже ушел. Безликий же решил пока пройтись по залу и осмотреться.

Он уже и не помнил, когда в последний раз на балу первородные присутствовали не полным составом. Несмотря на вечные склоки и войны, они всегда собирались вместе для принятия совместных решений. Сегодня же их будет десять из тринадцати. Нуар развеян в вечности. Кейси пятьсот лет проспит в тартаре, – наконец-то палач дала ей наказание, достойное ее поганой натуры. Вагис отправлен на сто лет в геенну. Сто лет – большой срок, ему там не выжить. Тем более без истинного оружия.

Можно сказать, траур не только по Нуару, но и по Вагису. Теперь их одиннадцать.

Не то чтобы Безликий скорбел по-настоящему: Нуар его большей частью раздражал, с Вагисом они никогда не были ни друзьями, ни врагами. И все же глупо получилось. Глупо и бездарно, хоть и закономерно. Эти двое враждовали с самого рождения, – преисподняя была слишком тесной для них двоих. Кто-то должен был умереть. Безликий почему-то не сомневался, что рано или поздно именно Вагис прикончит Нуара, но вот причина…