Книга Обещанная богу солнца, страница 86 – К.О.В.Ш.

– Вот будет потеха, если это окажется кто-то из охраны, – фыркнул Гнурр.

– Если бы она хотела себе кого-то из слуг, то выбрала бы тебя, а не обычного стражника.

Кай был уверен, что любовник Эни не из простых смертных. Кто-то, кем она гордится, из-за кого чувствует себя лучше, чем обычно. Она не цепляется к Диане, почти не спорит с матерью, а еще смотрит так томно, как будто летает где-то в облаках. Определенно, она рассчитывает на выгодный и прочный союз.

И ради этого мужчины она готова обокрасть свою мать, которую боится как огня.

Талия не помнила, когда последний раз пребывала в таком бешенстве, как сейчас. Она до скрипа сжимала зубы, чувствуя боль в челюсти. До ужаса хотелось удавить паршивый приплод покойной жены Тиберия. Раздери ее боги! Почему Диана вздумала именно сегодня вести себя подобным образом?! У них же был уговор!

Рядом крутилась жена магистрата, выказывая восхищение экзотичными блюдами, что подавали гостям, но Талия только отстраненно кивала болтливой матроне. Цепкий взгляд ее карих глаз неотрывно следил за дочерью Тиберия. Будь она проклята!

Еще позавчера Диана по просьбе Талии любезно поехала в занюханный театр Мизен к Полунию и его труппе, чтобы договориться о развлекательной программе на званом ужине. Буквально вчера мило улыбалась и помогала в подготовке: отправляла слуг с поручениями в город, составляла меню вместе с Талией, одолжила Эни свои любимые украшения на этот вечер. А сегодня, когда гости стали собираться у них на вилле, Диану будто подменили. Как только нога первого гостя переступила порог их дома, девчонка будто с цепи сорвалась. Она никогда себя так не вела, даже когда Тиберий лично просил ее развлекать гостей. Что все это значит?

Диана была везде и всюду: она умудрялась поболтать со всеми, пошутить в каждом разговоре, отвесить комплимент всем матронам и завладеть вниманием молодых людей. На виллу съехалось множество гостей, но Диана успевала уделить внимание каждому.

Сначала Талия не придавала этому значения – она думала, что Диана выпрыгивает из туники, пытаясь умаслить как можно больше богачей и склонить их к пожертвованию на храм в Помпеях. Она даже мысленно похвалила падчерицу за то, что, когда было нужно, та могла быть весьма обаятельной. Но время шло, рядом с Домианом выстроилась очередь из желавших поучаствовать в сборе средств, а Диана все не унималась.

Талия заподозрила неладное, когда противная девчонка затмила Эни во время беседы с другими девушками: просто подошла, что-то сказала, и все рассмеялись, забыв про Энеиду, которую Диана оборвала на полуслове. Немного погодя, когда Эни присоединилась к разговору юношей из богатейших семей их города, Диана тут же последовала за сестрой и перетянула все внимание молодых людей на себя. Талия так взбесилась, что у нее разве что пар из ушей не пошел от злости. Но, как оказалось,это было только начало.

Сейчас Диана, которая вечно чуралась светских мероприятий и при любой возможности пряталась в своей комнате, вовсю болтала с Маркусом Цезарием, лично подливая ему вина в кубок. Талию так поразило это зрелище, что она прослушала, что ей сказал магистрат. Она во все глаза смотрела, как Диана липнет к молодому Цезарию, словно горячая смола к пальцам, и забирает себе все его внимание. У Энеиды не было и шанса. Талия грустно посмотрела на дочь, которая была в стороне от всеобщего веселья и о чем-то переговаривалась с Селестой. Даже братья Аврелии не сводили глаз с Дианы.