Книга Сексуальные баги, страница 31 – Джиджи Коуд

Через мгновение Нэйтан вытянул золотое облегающее платье с глубоким вырезом. Ева напряглась. Это было то самое платье, которое она так ни разу и не надела. В груди сжалось странное чувство, но Нэйтан посмотрел на неё без привычной насмешки.

— Ты заслуживаешь всего самого лучшего, — серьёзно сказал он. — Давай, примерь.

Ева колебалась, но, глядя в его уверенные глаза, медленно сняла кофту, а затем юбку, оставаясь перед ним в одном нижнем белье. Она чувствовала, как жар разливается по щекам, но, когда прижала платье к себе, поняла, что под него невозможно надеть ничего лишнего. Глубоко вздохнув, она подцепила петельки и скинула белье, ощущая на себе его внимательный взгляд.

— Боже, Ева… — выдохнул Нэйтан. — Ты выглядишь потрясающе.

Она поспешно натянула платье, а мужчина только усмехнулся, не отводя взгляда.

— Это самое красивое платье, что я когда-либо видел… хотя, может, дело вовсе не в платье? — его голос звучал чуть хрипло.

Ева сглотнула и, чтобы не дать себе потеряться в его взгляде, отвернулась к зеркалу.

— Теперь у меня самая шикарная девушка в мире. Думаю, мне придётся отгонять от тебя толпы поклонников.

Она рассмеялась, стараясь вернуть себе привычное легкое настроение.

— Пойдём, пока ты не начал писать поэму о моей красоте.

Он протянул ей руку.

— Ты недооцениваешь мою способность к экспромту.

— Это работа постмодернизма, верно? Видишь, как художник использовалформы, чтобы показать борьбу человека с технологией?

Она посмотрела на картину. Это был всего лишь красный круг на белом фоне.

— Ты это серьёзно? Это просто круг.

Он задумчиво кивнул.

— Может, ты права. Не против, если я проверю?

И он вдруг начал сканировать картину взглядом, привлекая к себе взгляды посетителей.

— Остановись! — прошептала она, стараясь не смеяться.

— Почему? Они наверняка думают, что я искусствовед.

— У искусствоведа из глаз не бьют лазеры.

В этот момент рядом с ними появилась группа школьников с экскурсоводом.

— А эта работа символизирует внутренний конфликт…

Он повернулся к экскурсоводу, вспыхнув интересом.

— Извините, но вы не правы. Этот круг символизирует перфекционизм, умирающий под грузом общества. Очевидно же.

Дети разинули рты. Экскурсовод замер, а Ева поспешила схватить его за руку и увести прочь.

— Ты что, хочешь, чтобы нас выгнали?!

Он засмеялся, но тут же скользнул взглядом по её фигуре. Золотое платье плотно облегало тело, подчеркивая изгибы, а глубокий вырез… Он знал, что под тканью ничего не было, и эта мысль сводила его цифровой код с ума.

Он наклонился ближе, его губы почти касались ее уха.

— Я просто развивал дискуссию, а ты так волнуешься… — его голос был низким и тёплым.

Ева вспыхнула и, не отпуская его руку, потянула сильнее.

— Идём.

Они свернули за угол, где стены были увешаны картинами авангардистов. Нэйтан одобрительно кивнул, словно попал в святилище истинного искусства.

— Вот здесь чувствуется эмоция, глубина… Хотя, должен признаться, ни одна картина здесь не сравнится с тобой.

Ева закатила глаза, но уголки ее губ дрогнули в улыбке.

— Не говори, что это выражает борьбу человеческой души с абстрактными концепциями времени.

— Нет, конечно. Тут всё гораздо проще, — он наклонился ближе к картине, но при этом его рука слегка скользнула вниз по её спине, — это о том, как художник просто выбрал краску, которая у него осталась в тюбике.