Книга Медный всадник, страница 100 – Мария Хомутовская

Я поймала Пашин взгляд.

– Поля, а ты можешь проверить?

Перспектива лезть в память целителя меня не радовала.

– Я могу, но давайте сначала поговорим.

– Нет, это максимально принципиальный вопрос! Либо мы помогаем невиновному, либо покрываем преступника! Который к тому же может внушить нам что угодно!

– Тебе, – тихо поправила я. – Мнене может. И он исцелил меня, если ты забыл.

– Или сам же натравил на нас эту колонну! – обернулся Паша к адвокату. – Как тебе удалось её расколдовать? Она ведь неживая! Я думал, что целители работают с живыми тканями.

Степа поднял руки и поправил очки на носу, голос его снова стал бесстрастным:

– Я не знаю, в чём тут дело. У меня не было времени рассуждать. Я действовал по наитию и действительно работал с колонной как с живым существом. Я её исцелил. Возможно, она была охвачена неким организмом или бактериями. К сожалению, теперь нам этого уже не выяснить.

Внезапно я вспомнила ситуацию с Медным всадником. А что, если он тоже заражён чем-то подобным? Что, если именно поэтому наш артефактор не смогла его расколдовать?

– К сожалению, я сейчас в ситуации, когда мне действительно нужна ваша помощь, – чопорно продолжал тем временем Степан. – Так что Полина может проверить, где я находился в момент побега Романа из тюрьмы, если вы поможете мне укрыться от полиции.

Он протянул мне ладонь.

– Зачем тебе скрываться от полиции, если ты не виноват? – поинтересовалась я.

– Откровенно говоря, я всегда считал и Романа невиновным, но, как видишь, это не помешало ему сесть в тюрьму.

Против такого аргумента спорить было сложно. Я взяла его за руку.

– Паша, сними наручники.

На его лице отразилось сомнение, но всё-таки он освободил Стёпу.

Ладонь у адвоката была узкой, а пальцы – длинными. Мельком отметив это для себя, я погрузилась в его память. Я без особенных усилий увидела вчерашний день. Степан действительно был в тюрьме. Он заполнял какие-то бумажки с охранником, когда раздался тревожный вой сирены.

– Что там? – спросил он мужчину рядом с собой в обычной невозмутимой манере.

Но тот не ответил. Он достал рацию и что-то проговорил, потом слушал. Я не могла ничего разобрать, а Степан просто смотрел, нахмурившись. Не знаю, понимал ли он что-нибудь.

– Вызывают! – бросил охранник и побежал по коридору.

Степан деловито выровнял стопку бумаг и, оглянувшись на опустевший коридор, пошёл следом за ним. В коридоре было тихо и мирно, но адвокат вышел в помещение, в котором я узнала пропускной пункт, где уже собралось несколько человек, и с улицы послышались звуки: крики, лай собак и жуткое рычание. Степан бросился к окну. За ним, сквозь прутья решётки, виднелись охранники в чёрной форме сдубинками и магическими шарами в руках. Шары походили на фаерболы, но я знала, что они не стреляют огнём, а содержат внутри заклинания и могут усыпить или вырубить противника.

Напротив мужчин, рыча и капая слюной, стояли пятеро монстров. Из новостей я знала, что это собаки, но сейчас они совсем на простых собак не походили. Они больше смахивали на волков, но ещё крупнее, и клыки у них были длиннее и торчали из пасти, будто не помещались в ней. Всклокоченная шерсть стояла дыбом, крошечные, глубоко посаженные глазки горели красным безумным огнём. Не нужно быть магтеринаром, чтобы понять, что существа заражены бешенством.