Книга Магическое образование, страница 22 – Мария Хомутовская

Мельхикор хмурился, ругался сквозь зубы, закатывал глаза и постукивал пальцами по подлокотнику кресла. Но не отступал. Он мужественно направлял мои способности в общепринятое русло, и постепенно у него получалось.

К исходу весны я научилась вызывать магию по собственному желанию, накладывать элементарные заклинания и контролировать силу своих чар.

Помимо полезных заклинаний я узнала и другие основы магии. Мельхикор рассказал мне, что чем сложнее устроено животное и чем оно крупнее, тем труднее в него превратиться. Например, стать червяком ничего не стоит – даже мне это под силу. А вот в лягушку обратиться труднее. Сам Мельхикор умел становиться собакой, но ненадолго. Если переусердствовать с превращением, можно и умереть. Поэтому ни один маг не может стать другим человеком или драконом.

Еще одним из самых сложных разновидностей магии было врачевание. По утверждению Мельхикора, убить и то легче, чем излечить. Я мало поняла из его объяснений. Выходило, что для исцеления магию нужно направить особым образом. У меня ничего не получилось.

Зато уборку и прочие поручения я теперь могла выполнять взмахом руки. Я думала, что с такими успехами у меня появится больше личного времени. Но чем меньше у меня становилось работы, тем больше Мельхикор требовал в обучении. Занятия магией отнимали все силы.

Порой, когда мне бывало грустно, я вспоминала дом. Тогда я брала сапоги и принималась их начищать. Эта привычная монотонная работа помогала мне привести в порядок мысли и вернуть душевное спокойствие.

Я все еще боялась заблудиться в огромном замке, но вскоре освоилась в той его части, где были покои Мельхикора. Особенно мне полюбился коридор с картинами на стенах. Я могла часами разглядывать пейзажи и портреты, вышедшие из-под кисти придворных художников. Меня до глубины души восхищало их мастерство. Однажды я даже подумала, что это тоже своего рода магия: с помощью красокперенести на холст живого человека!

Общение со слугами у меня не задалось. Многие рады были поболтать с ученицей Мельхикора, но я интересовала их скорее как невиданная зверушка, чем как живой человек. Не услышав сплетен о моем господине или утолив любопытство по части магии, они начинали меня сторониться. Единственным, с кем действительно можно было поговорить, оставался Давор.

С ним у меня сложились приятельские отношения. Встречались мы в основном на кухне и частенько задерживались там, чтобы обсудить общие проблемы. Он больше не делал мне гадостей, но и настоящим другом я не могла его назвать.

* * *

Миновала весна. Она успела побаловать нас теплыми дождями и бездонной голубизной неба, чириканьем воробьев и мелкими желтыми цветочками на газонах замкового двора. Лето вступило в права жарой и скорым праздником летнего Солнцестояния.

Я обожала этот праздник! Веселые гуляния на площади, праздничные венки и угощения, вечерние танцы до полночного захода солнца! Дракон обычно поздравлял горожан в полдень на площади. В народе говорили, что вечером в замке он устраивал собственный пир. Но пир мало меня интересовал. Я предпочла бы отмечать Солнцестояние так же, как в предыдущие годы, с родными и подругами.

Я собиралась с духом, чтобы попросить Мельхикора отпустить меня на площадь, хотя знала, что выходить в город магам не принято. Но я пока всего лишь ученица, а если надену плащ, меня и вовсе никто не узнает. И все же, прежде чем обратиться к наставнику, я решила разведать обстановку.