Книга Алькор, страница 36 – Кира Уайт

Один из заключенных, ушедших на разведку, мертв. Остальным пока удается отбиваться от произошедших от людей тварей, хотя скоро те задавят их количеством.

Я могла бы сбежать под шумок, но в таком случае рискую получить пулю в спину. Для начала нужно убрать гребаного Чеса.

Подскакиваю на ноги так резко, что кружится голова. Одновременно с этим твари бросаются в новую атаку, заставляя заключенных пятиться, темсамым приближаясь ко мне.

Воспользовавшись тем, что Чес занят другим, бегу прямо на него. Южанин замечает меня в последнюю секунду, но навести пистолет уже не успевает. Без сожалений вонзаю нож ему в живот и, воспользовавшись заминкой, выбиваю пистолет из ладони, а после дергаю острое лезвие вверх до тех пор, пока оно не упирается в ребра.

– Чертова сука, – хрипит заключенный и тянет ко мне окровавленные руки.

Впечатываю кулак ему в челюсть с такой силой, что голова мужчины ударяется о стену, а костяшки начинает саднить. Отскакиваю прочь, спиной на кого-то налетая. Это оказывается тащивший меня на плече Дрю, узнаю его по брюкам. Его глаза сверкают азартом, перемешанным со страхом. Псих.

Дрю резко вскидывает голову и смотрит мне за спину. Его зрачки расширяются, а в следующий миг он со всей силы толкает меня в грудь, отчего я снова теряю кислород, но чудом сохраняю равновесие. Вновь в кого-то врезаюсь, и у меня нет сомнения в том, что этот кто-то – серая тварь. На плечи ложатся холодные даже сквозь плотную ткань футболки руки с длинными изогнутыми когтями.

Жду, что меня отшвырнут с дороги, чтобы добраться до жертвы, на пути к которой я стою, но ничего подобного не происходит. В мозгу мелькает абсолютно невероятная мысль, в ее правдивость я ни за что бы не поверила, если бы не была непосредственной участницей событий.

Тварь удерживает меня от падения.

Судя по вытянувшемуся от удивления лицу Дрю, он дошел до того же.

– Чтоты, черт возьми, такое?! – вопит он невероятно высоким голосом.

Над моим ухом раздается утробное рычание, а миг спустя с плеч исчезают холодные конечности. Мимо проносятся сразу две твари. Одна бросается на Чеса и принимается остервенело рвать того на куски, под аккомпанемент душераздирающего воя и грязной ругани. Вторая налетает на Дрю, от шока утратившего способность защищаться.

Оглядываюсь. Все мои обидчики мертвы, ну или почти. Дрю безрезультатно пытается отбиться и начинает орать еще громче и надрывнее, когда к напавшей на него твари присоединяются еще две и принимаются живьем рвать его на куски.

Серые пируют, а я стою посреди этого отвратительного действа и не испытываю ничего. Ни тошноты, ни жалости, ни удовлетворения.

Слегка прихрамывая, подхожу к то ли мертвому, то ли отключившемуся от болевого шока Чесу. Жрущая его тварь вскидывает окровавленноелицо и скалит зубы. Зачем-то поднимаю руки ладонями вверх и произношу успокаивающим, но при этом чуть охрипшим голосом:

– Спокойно. Я не претендую.

Осторожно склоняюсь, не отрывая взгляда от серой, продолжающей наблюдать за мной краем глаза. Поднимаю с пола пистолет и проверяю обойму. Пусто. Досадливо поджимаю губы. Ну что за идиот!

Роняю оружие на пол, от громкого звука твари приходят в возбуждение и начинают порыкивать. Едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза, но удивленно замираю.

С каких пор я воспринимаю происходящее как нечто нормальное?