Книга Любимая слабость генерала, страница 28 – Сусанна Ткаченко

— Только не убивайте её! — попросил появившийся на палубе капитан, когда целительница почти закончила свою работу. — Я продам её в Эмуре в зверинец и заработаю немного денег.

— Нет, — даже не обернувшись, отрезала Олеся твёрдо и уверенно. — Я против такого обращения с живыми существами. Они не виноваты в том, что созданы такими.

— Но она наверняка убила множество моряков! — попытался настоять на своём капитан Карл, движимый жаждой наживы.

— Это всего лишьинстинкт. Это не её вина. — Олеся тоже проявила упорство.

А я просто поражался цельности её убеждений, и моё восхищение этой хрупкой девушкой возросло. Какая же она удивительная! Я начал прекрасно понимать министра. Если он успел разглядеть в ней вот этот стержень, неудивительно, что он хочет жениться на ней и завести с ней детей. Нельзя такое сокровище упускать.

— Я потерял матроса! Мне нужна компенсация! Выплаты его семье и вообще, кораблю нанесён ущерб. Нужно делать ремонт, — не сдавался капитан.

Олеся закончила собирать ценные ингредиенты, сложила всё в чемодан и, развернувшись к нему, посмотрела прямо в глаза, не дрогнув под его напором:

— К этому привела ваша жадность. Вы допустили перегруз на своём судне и поэтому повели его опасным путём. Вам и платить!

Капитан побагровел от ярости, запыхтел, открыл рот, чтобы разразиться бранью, а я шагнул вперёд, чтобы заткнуть его, но не успел…

— Браво, мамочка! — театрально хлопнув в ладоши, пропела Анжелика, привлекая к себе внимание…

…и, метко метнув свои топоры в гарпию, убила её. Подошла к ней и, забрав свое оружие, магией выбросила тварь за борт.

— Нет тела — нет дела, — заявила она капитану и, презрительно скривив губы, поплыла по палубе в свою каюту, оставив нас всех растерянно хлопать глазами.

Я проводил Лику подозрительным взглядом, пытаясь разгадать её мотивы. Что это было сейчас? Что за игру ведёт маркиза? Она как будто пытается убедить Олесю, что на её стороне, изображает защитницу угнетённых. Однако я сильно сомневался в ее искренности.

Капитан обиделся. До самого Эмура нам с маркизой вообще запретили покидать каюты. Как будто мы арестантки, а не пассажирки, но таков морской закон.

Не знаю, как маркиза это восприняла, но лично мне было плевать на заточение. Я бы и без этого «наказания» оставалась в каюте. Дел хватало, любоваться морем с палубы у меня времени не было — нужно было подготовить для продажи и личного использования взятые у гарпии материалы. Что-то высушить и растереть в порошок, что-то растворить в спирте, что-то сжечь до пепла, а что-то напитать влагой, чтобы сохранить целебные свойства. В каюте стоял специфический запах трав, реагентов и чего-то неуловимо зловещего. Я лишь пару раз отвлекалась на генерала, когда он приходил меня проведать, обеспокоенный моим моральным состоянием из-за заточения. Я сканировала его ауру, убеждалась, что проклятие неактивно, и снова погружалась в работу.

Но через трое с половиной суток мы добрались до Эмура — плавание закончилось. Звон колокола и громкий крик:

— Причаливаем! Готовьтесь к высадке! — были слышны даже в каюте.

И тут же раздался стук в дверь.

— Олеся, вы же знаете, что в Эмуре жарко? Нужно одеться так, чтобы не обгореть, но и не получить тепловой удар, — сообщил Андрей, внимательно в меня вглядываясь, когда я открыла ему дверь.