Книга Не лезь в бутылку, или Джинн в посудной лавке, страница 72 – Натали Мед, Хельга Блум

– И не должны иметь разных толкований, – невесело хмыкнул Илар.

– Точняк! Во-во. А на деле что? Ни барону голову откусить, ни справедливость получить. Он жеж гад, каких свет не видывал.

– Гад, – согласилась я. – Но нам это сейчас не так важно. Ложись спать, Серко, завтра, глядишь, лучше всё будет. Говорят, утро вечера мудренее.

– Да где уж там, – вздохнул тот, – Скорей мудрёнее будет…

Но, покрутившись пару минут, обернулся волком (видимо для пущей бдительности) и улегся, свернувшись калачиком и накрыв нос пушистым хвостом.

Под ритмичное покачивание телеги уснула и я.

– Лили! Лили, просыпайся.

Опять? Почему снова я?

– Ещё пять минуточек, – пробормотала я, зарываясь лицом в почему-то пахнущую перцем подушку.

– Лили, – безжалостно трясли меня за плечо.

Никакой подушки не было. Только мешки с пряностями, старая мужская куртка и пушистый клубок Батона под боком. И пяти минуточек мне никто не дал. Серьёзный (непозволительно серьёзный для  столь раннего утра) Илар смотрел на меня так, что стало понятно: про сон можно забыть.

– Ещё же темно, – предприняла я робкую попытку устроить торги. – Давай чуточку поспим.

– Просыпайся. Кто-то едет навстречу нам.

– Ну и накинь на меня маскировочные чары, чтобы никто не увидел, что тут девушка, да и проезжай себе спокойно, – отмахнулась я, всё ещё не понимая, в чём тут проблема.

Илар только одарил меня снисходительным взглядом и вернулся к управлению лошадьми.

Принимая поражение, я вздохнула и уселась. Завернулась в куртку, нахохлилась, пытаясь сохранить остатки сонного тепла, ускользающие от меня и растворяющиеся в утреннем тумане. – Ты чудовище, – сообщила я джинну.

Он не ведал жалости, а потому даже бровью не повел на такое заявление.

– Возможно. Но кто-то приближается и от них идет мощная волна магии. Чем безобиднее мы будем казаться, тем лучше. И чары держать наготове.

– А Серко где? – обнаружила я исчезновение третьего члена нашей бравой команды.

– В лес убежал. Кусты метит, видимо.

И кому это, интересно, неймется, ночью, еще до рассвета, переться через лес, дрец знает куда? Особенно если это персона с магией. Эти-то обычно слишком хороши, чтобы по здешней глуши таскаться просто так. Если это дядюшка кого-то послал, то я за себя не ручаюсь. Буду сначала драться, а потом плакать. Потому что устала я от всего этого безобразия!

– Подправь мне лицо, – разминая озябшие пальцы, попросила я джинна. Так, защиту если и плести, надо в неё лошадей включить, значит, начать с угла, а потом по схеме, что Илар использовал в моей избушке. Надежно и не распустится от атаки, если прореху сделают.

– Прекрасное лицо, можно и так оставить, – фыркнул джинн, но я почувствовала, как мягкая волна магии коснулась меня. – Усы тебе сделаю пышные. Рыжие?

– Не хочу рыжие, – капризно поморщилась я. – Давай чёрные.

– До встречи с объектом меньше минуты. Не перебирай усами, сказал рыжие, значит, рыжие.

– Тиран, – огрызнулась я весело. – В следующий раз внешность выбираю я. Лысину хочу. Давномечтала о лысине. Такой, знаешь, чтобы блестящая и сияющая, практически зеркальная. И ещё татуировку.

А что? Раз меня тут в мужиков превращают, могу я хотя бы удовольствие от результата получать немножко?

Лошади послушно брели вперед. Поворот, а за ним… я прищурилась, высматривая в предрассветных сумерках фигуры этих неизвестных. Повозка. Прозаическая повозка ещё и не из самых роскошных. Надвинув на лицо шляпу, я исподлобья бросала взгляды на людей. Двое, старушка и молоденькая девушка лет шестнадцати.