Книга Проклятье Мира, страница 109 – Ника Черника

Она вдруг громко потянула носом воздух и подняла глаза на меня. Я судорожно выдохнул. В ее взгляде было столько всего... Я отчетливо увидел по нему человека, познавшего много боли и жестокости. Но сейчас она смотрела с удивлением, как будто не верила своим мыслям. И до меня дошло: она поняла. Поняла, что я не могу ее убить.

Эдмунд расширила глаза в растерянности, а потом слабо улыбнулась. Я зачем-то сжал ее плечо, твердо понимая: не буду. Я великий оборотень, и имею право принимать решения наравне с остальными. Я смогу убедить всех, что в этой смерти нет необходимости.

Женщина словно прочитала мои мысли. Мгновенье, через которое я собирался убрать нож от ее груди, она использовала для того, чтобы со всей силы податься вперед. Острое лезвие вошло по самую рукоятку. Я ошарашено смотрел на случившееся, не отпуская нож.

— Так надо, — прохрипела Эдмунд с трудом, — ты поймешь потом.

Ее тело расслабилось, голова резко опустилась на грудь, и она умерла.

Я выдернул нож инстинктивно, из раны на груди пошла кровь, расплываясь по платью темным пятном.

Облизал пересохшие губы, пытаясь собраться с мыслями. Тело било дрожью. Что она сделала? Зачем? Я ведь не хотел… Зачем она бросилась на нож? Чтобы умереть? Зачем? Зачем, черт возьми?!

Наконец начало доходить случившееся. Я резко разжал пальцы, металл звякнул о пол, и снова наступила тишина.

Каролина Эдмунд умерла. Не знаю, какие цели она преследовала, но у меня не было сомнений: она хотела этой смерти. Иначе бы мы никогда не нашли ее, раз уж столько лет пытались, и не было ни единой зацепки. Что я должен буду понять потом? Что? Я не знал…

Меня размазало. Для двадцатилетнего пацана, не видевшего жесткости в реальности, все это было слишком.

С трудом я вышел на улицу из затхлого полуподвальногопомещения. Вдохнул свежего воздуха.

— Я убил ее, — бросил ждавшим на улице и, пошатываясь, пошел в сторону дома.

С того момента моя жизнь изменилась навсегда. Я наконец понял, что ждет меня впереди. Смерть, которую я буду нести другим.

Настало время гасить эту боль в алкоголе и всех видах самоуничижения. Бесполезная попытка, которая помогала на время забыть, что меня ждет. Если бы я мог, я бы убил себя, но я не мог. Триана как будто жила внутри, наделив меня силой великого оборотня. И я не мог противостоять ей. Я должен был исполнить свое предназначение.

Ада

— Нет, — Мир отвечает моментально, качая головой. — Разорвать истинность невозможно.

— Ты опять мне врешь? Я слышала, как Ивера говорила, что ты можешь разорвать связь. Скажешь, речь шла не об истинности?

Мы смотрим друг на друга, я сжимаю губы, шмыгая носом. Слез уже нет, но меня все еще потрясывает.

— Ада, ты не понимаешь… — начинает Мир, но я перебиваю его:

— Нет, это ты не понимаешь! Ты убил мою маму! Я не могу быть с тобой после такого. Я никогда не прощу тебе этого. Поэтому просто скажи, как можно разорвать истинность?

Мир медленно достает пачку с самокрутками, словно каждое движение дается ему с трудом. Закурив, выдыхает дым, не глядя на меня.

— Истинность можно разорвать только одним способом: если кто-то из пары умрет.

— Вряд ли Ивера предлагала тебе меня убить, — зло усмехаюсь я. Мир поднимает на меня глаза.

— Нет, она говорила о другом. Разорвать связь мы не можем, но можем сделать так, что дальнейшее совместное существование станет невозможным. Это не значит, что тебе будет лучше без меня, нет. Но и со мной будет невозможно.