Книга Долг Короля, страница 89 – Риссен Райз

— Опять? Да что ж с тобой делать? — устало выдохнул он, тянясь к ее лицу. Рин отпихнула его руку и отшатнулась.

— Что значит опять?! — вскрикнул тот мужчина с красивым голосом и странными нечеловеческими глазами. Рин заинтересованно посмотрела на того, кто удерживал ее, ей самой было интересно.

— Ну, некоторое количество часов назад, после стресса и очередного приступа она тоже не могла вспомнить ни своего имени, ни моего. Правда, вела себя менее миролюбиво, сразу за оружие схватилась.

— Чешуйчатый, ты шутишь или нет?

— Я похож на того, кто много шутит, копытный? — огрызнулся он. — У нее большие проблемы с головой. Множественные травмы, которые она перенесла в прошлом, нестабильная психика из-за пережитых стрессов, — все это сказалось на ее памяти. У нее началось кислородное голодание, до того — сильнейшая перегрузка организма. Вполне вероятно, что ее мозг поврежден. Чудо, что она вообще в сознании. Кстати, сколько уже прошло? Часа полтора? Ну ты даешь… Я расколол ее меньше, чем за две минуты, а ты уже полтора часа с ней и до сих пор незаметил, что она смотрит на всех совершенно потерянным взглядом, никого не узнает и не ориентируется в пространстве.

Пристыженный черноволосый красавец только сердито фыркнул.

— Рин, ты хоть что-нибудь помнишь?

Девушка медленно пожала плечами. Голова нестерпимо болела, ей очень хотелось лечь. Что она и сделала: не спеша опустилась на травку и осторожно прилегла. Собаки, крутившиеся все это время неподалеку, подбежали и улеглись рядом.

— Твое лицо мне знакомо. Его тоже. А вот этих я не знаю, — ответила она, кивая на блондина и девочку. — Почему они смотрят на меня так, словно я сделала что-то ужасное?

Тот, которого назвали чешуйчатым, нервно усмехнулся и объяснил:

— Кое-что ты действительно сделала.

— Что?! — ужаснулась Рин, аккуратно приподнимаясь на локтях. — Я кого-то… ударила? Поэтому эта девочка плачет?

— У-у, как все запущено… — пробормотал Чешуйчатый и обратился к своему другу со странными глазами. — Послушай, Фрис, давай на некоторое время заключим перемирие.

— Я не могу быть обязан тебе больше, чем сейчас, Ладдар, — ответил тот, которого прежде назвали копытным. Рин смотрела то на одного, то на другого, стараясь запомнить их имена. Фрис и Ладдар, значит? Хорошо.

— Значит, пока перемирие, — подытожил Ладдар. — В прошлый раз я восстановил ее память, но я не могу сделать это прямо сейчас. Ее мозг в ужасном состоянии, потребуется основательное лечение, и я проведу его сразу же, как только мы прибудем в Левадию. До этих пор ты будешь заботиться о ней. В твоих руках чистый лист. Будь очень аккуратен во всем, что говоришь и делаешь. Сейчас она не помнит никого и ничего, и ты старайся не заполнять ее голову воспоминаниями. Не рассказывай ей ни о чем, пусть у нее складывается свое мнение о каждом, кого она видит. Это необходимо, чтобы у нее не было иллюзий впоследствии и ощущения, что ее заставили чувствовать к тому или иному человеку то, чего она не чувствовала раньше. Понимаешь, о чем я говорю? Ваша светлость, вы меня хорошо слышите?

Блондин отошел от девочки и подошел к ним. Он окинул ее долгим взглядом, в котором было намешано много эмоций, но Рин смогла понять лишь одно: она ему нравится, и у него есть к ней глубокие чувства.