Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 84 – Дмитрий Арканов

Руки на секунду ослабли, и Мику погрузилась с головой… К счастью, без последствий.

«Ну-ка очнись, идиот! Тебе полностью и безоговорочно доверились, а ты тут рассуждаешь о нереальности вселенной, вместо того чтобы всецело отдаться этому моменту и наслаждаться им… Хочешь опять облажаться? И потом ныть, что это всё фатум виноват, врождённая невезучесть и нечищенная карма?»

Мысленная оплеуха помогла, и я снова вернулся в текущий момент, комментируя действия ученицы и подсказывая, что можно улучшить в технике гребли.

Тренировку пришлось прекратить, поскольку мы замёрзли, а Мику ещё и тяжело дышала, быстро выбившись из сил. Тем не менее, когда я аккуратно поставил её на ноги, она радостно воскликнула:

— Семён, Семён! Я, кажется, поняла!

И, вновь упав в воду, она довольно уверенно проплыла несколько метров. Под конец, правда, что-то пошло не так, и я стал свидетелем ещё одного роскошного зрелища: Мику усиленно гребла руками, из-за чего её передняя часть начала погружаться в воду, а её попа, обтянутая мокрым купальником, всплыла над поверхностью. Луна отражалась на ткани, заставляя её поблёскивать и переливаться, словно покрытаятонким слоем серебра. Взгляд невольно скользнул ниже, к самому низу купальника, где мокрая ткань плотно облепила её промежность, очерчивая соблазнительную вертикальную складочку.

Художник этой иллюстрации: Alex Dexter

«Черт… Туда нельзя смотреть», — подумал я, но взгляд всё равно задержался на этой картине, вызывая волну противоречивых чувств.

Мику, поняв, что что-то пошло не так, быстро вскочила, смущённо оправила купальник и пробормотала:

— Нет, наверное, не поняла…

— Чуть больше практики, и всё получится! — ободряюще произнёс я, стараясь отвлечься от своих грешных мыслей.

Мику несколько раз по пути плюхалась в воду и старательно гребла, вызывая у меня приступы умиления. Каждое её движение казалось одновременно неловким и очаровательным, словно она была маленьким ребёнком, пытающимся освоить новый навык. Я смотрел на неё, чувствуя, как внутри нарастает теплое чувство, которое невозможно было описать словами.

Выбравшись на берег, мы обтерлись полотенцем и уселись на него же, постелив на песок. Тишину летнего вечера нарушал лишь мягкий шелест волн, набегающих на берег, да дрожащая Мику, тихонько постукивающая зубками.

Я взял свою рубашку и накинул её на плечи замерзающей девушки.

— А-а, с-с-спасибо, — поблагодарила она, подтянула колени к груди и несколько раз подряд забавно чихнула, как котёнок.

Я сел рядом, и Мику привалилась плечом ко мне, всё ещё изредка подрагивая. Её кожа, влажная после купания, казалась прохладной, но от неё исходило едва уловимое внутреннее тепло.

«Если так пойдёт и дальше, то, наверное, будет уместно даже обнять её — ничего такого, я же просто помогаю согреться», — подумал я.

Представив это, я невольно вообразил, как осторожно кладу руку ей на плечи, как она чуть заметно вздрагивает от неожиданности, но затем расслабляется и прижимается ко мне в ответ. Её голова склоняется на моё плечо. От одной только мысли об этом сердце заколотилось быстрее, а ладони стали влажными.

Но я знал наверняка: решиться на такое выше моих сил. И всё, что я могу, — только всесторонне обдумать эту идею.

«Но мысль определённо привлекательна! Уже хорошо, что она пришла мне в голову: значит, не такой уж я и тормоз…»