Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 64 – Дмитрий Арканов

Я уже даже не волновался за конечный результат и перестал думать о том, понравятся ли мои музыкальные пристрастия людям, которые будут танцевать под эту музыку. «Поручили нам — ну вот и получайте то, что нам нравится. А главное, что нравится нам с Мику примерно одно и то же.» От этих мыслей стало как-то непривычно легко и спокойно, особенно для того, кто всегда слишком много думает и беспокоится.

Это благолепие было разрушено звуком открываемой двери и появлением Алисы. Немаясцена длилась несколько секунд.

— А он что здесь делает⁈ — обратилась Двачевская к Мику.

— Он пристаёт к тебе, да? — её голос стал резким, а взгляд — гневным.

— Нет, это я Семёна попросила о помощи. Мы подбираем музыку для вечерних танцев, — сумбурно начала объяснять Мику. — Я подумала, что одна не справлюсь, потому что мало понимаю… А Семён согласился помочь сразу, а никто другой не хотел…

Я молча сидел, не зная, что сказать. Слишком неожиданным был переход от расслабленного времяпрепровождения с Мику к резкому вторжению реального мира в лице Алисы в наш уютный уголок.

— Меня надо было попросить! — перебила её Алиса, всё так же сердито глядя на меня.

— Ну мы уже почти закончили… Осталось только записать всё на одну кассету! Поэтому… — попыталась оправдаться Мику, но её слова заглушил звук обеденного горна, разнесшийся по лагерю.

— Спасибо тебе, Семён! Ты мне очень помог! — быстро проговорила Мику, а затем добавила тише: — Я так рада… что помог… и что именно ты… Ой… То есть, я думаю, у нас получился замечательный сборник, и остальным ребятам понравится… Я это хотела сказать…

Мику поспешно принялась благодарить меня, видимо, пытаясь как-то затушевать грубое вторжение и поведение Алисы.

— Будем надеяться, — пробурчал я и направился к выходу.

— Да, Семён, спасибо, дальше мы как-нибудь сами, — с издёвкой произнесла Алиса.

«„Меня изгнали из рая“ — кажется, именно эта фраза наиболее точно выражает испытываемые мной чувства», — подумал я и в одиночестве пошёл на обед.

У входа в столовую меня окликнули:

— Семён! Семён!

Это прозвучало так мелодично, что определить обладателя голоса не составило труда. Обернувшись, я стал свидетелем крушения: Мику оступилась на лестнице и растянулась во весь рост. Её лицо на мгновение исказила гримаса боли, но она тут же попыталась скрыть это за смехом.

«Ох. Это явно было больно…» — подумал я, чувствуя укол тревоги, и поспешил к месту падения, чтобы помочь ей подняться.

— Ну куда ты так несёшься, аккуратнее же надо быть, совсем товарный вид потеряешь! — попытался я пошутить, стараясь скрыть беспокойство за её самочувствие.

— Товарный… вид… — рассмеялась Мику, поднимаясь на ноги. В её смехе слышалась нотка смущения, но она, казалось, совершенно не расстроилась из-за падения.

— Семён,а ты меня продать куда-то хочешь? — спросила она с деланной серьёзностью, глядя на меня чуть ли не с вызовом, но уголки её губ предательски дрогнули.

— Я тебе уже надоела, да? Ну вот, а я так бежала… получается, зря… — её голос стал грустным, и она опустила взгляд, словно действительно переживала, что её усилия оказались напрасными.

— И вообще, торговать людьми ведь нехорошо. В мире теперь не так уж много мест, где ещё есть работорговля. Или… Семён, ты что, хочешь купить меня⁈ — продолжила она, теперь уже с лёгкой игривостью.