Книга Фривольное лето. Ярко горят!, страница 16 – Дмитрий Арканов

— Постой! Куда же ты… Эх, — я тяжело вздохнул и перевел взгляд на оставшуюся кошко-девочку, которая как ни в чем не бывало продолжала посыпать грибы чем-то белым. — А ты… ты чем тут занимаешься? — всё еще взвинченный недавней беседой, спросил я.

— Грибочки сахарю! Хочешь попробовать?

Я посмотрел на девушку-кошку так, словно та предложила мне отведать жареных тараканов.

— Э-э-э… нет, спасибо. А зачем ты их сахаришь?

— Чтобы слаще были, конечно! Ты что, никогда сладкие грибы не ел?

— Знаешь, как-то не доводилось. В моем мире грибы обычно солят или маринуют.

— Ня? В твоем мире? А разве есть другие миры?

Я почесал затылок, осознавая всю абсурдность ситуации.

— Да уж, похоже, я попал в какой-то булгаковский роман. Говорящий кот есть, в данном случае кошка, не хватает только Воланда, — пробормотал я себе под нос.

— Ой, а кто такой Воланд? Это твой друг? Он тоже любит сладкие грибочки?

— Нет, это… А, неважно. Слушай, а ты не подскажешь, как мне отсюда выбраться?

— А зачем выбираться? Тут же так хорошо! Вот, держи грибочек!

Девушка-кошка протянула мне засахаренный гриб. Я с опаской взял угощение, разглядывая его так, будто это была улика на месте преступления.

— Спасибо, но я, пожалуй, оставлю на потом. Слушай, а ты правда не знаешь, где мы находимся?

— В лесу, конечно! Разве не видно? Тут грибы растут, птички поют, красота!

— Да, красота… Прямо как в сказке. Или в дурном сне, — я огляделся вокруг, пытаясь найти хоть какой-то намёк на выход из этой абсурдной ситуации. — Знаешь, я, наверное, пойду. Попробую найти дорогу обратно в лагерь.

— Ня! Приходи еще! У меня много грибочков, угощу!

Я медленно побрёл прочь, то и дело оглядываясь на странную девушку-кошку, которая как ни в чем не бывало продолжала сахарить свои грибы. «За что мне все это? Сначала насекомые в еде, теперь кошко-девочки с засахаренными грибами… Что дальше? Пионерка-невидимка? Или, может быть, медведь в ушанке предложит мне партию в шахматы?» — рассуждая таким образом, я углубился в лес, пытаясьнайти дорогу обратно в лагерь и не растерять остатки здравого смысла по пути.

Я бродил по лесу, пока не осознал, что окончательно заблудился. Деревья вокруг, казалось, издевательски перешептывались, меняя свое расположение, стоило только отвернуться.

— Эй! Есть тут кто-нибудь? Помогите! Я заблудился! — крикнул я, отчаявшись найти дорогу самостоятельно.

Почти сразу из-за ближайшего куста выпрыгнула уже знакомая девушка-кошка, та самая, что сахарила грибы.

— Ня! Ты чего кричишь? Нарушаешь покой и благодать!

— Слава богу, живая душа! Послушай, я заблудился. Не могла бы ты вывести меня к лагерю?

— Конечно! Следуй за мной, ня!

Мы двинулись по едва заметной тропинке. Я, стараясь не отставать, начал разговор:

— Слушай, а что это вообще за место? Как я сюда попал?

Мне казалось, что эта кошко-девочка тоже должна знать ответы на все вопросы, которые меня беспокоят, и нужно только разговорить её, чтобы всё, наконец, узнать.

— Это лес, глупенький! Ты же сам пришел, на своих двоих.

— Нет, я имею в виду, что это за мир? Это ведь не обычный пионерлагерь, верно?

— Мир как мир, ня! Тут есть деревья, грибочки, птички поют. А еще есть я! Разве этого мало для целого мира?

Я вздохнул, понимая, что внятного ответа не получу.

— Ладно, а как отсюда выбраться? Есть какой-нибудь выход?