Книга Однажды в сказку. (Не) Злая королева, страница 59 – Виолетта Донская

– Постарайтесь сидеть тихо, иначе нам отсюда не выбраться. Другого способа избавиться от этих пут у нас нет, – сухо произнес король.

Его голос был привычно холоден и, если бы не легкий румянец, проступивший на старческих скулах, я бы подумала, что наш первый поцелуй его совсем не тронул. Он отполз к противоположной стене и подставил подбежавшей к нему крысе связанные руки, та начала быстро грызть веревку. У меня немного кружилась голова, в ней крутились мысли одна забавнее другой.

«Король меня поцеловал. В образе старика. В тюремной камере. И все из-за крысы. Очень романтично».

Когда веревка Эдварда была перегрызена, хвостатая сообщница метнулась ко мне. Зажмурившись, тихо хныча себе под нос, я протянула к ней руки. Каждый раз, когда кожи касались длинные тонкие усы, внутри всё содрогалось от страха и брезгливости. Минуты тянулись мучительно медленно, за окном начало темнеть.

В какой-то момент послышались приближающиеся шаги. Звякнул замок, и тяжелая дверь начала отворяться. Эдвард свел вместе запястья, на которых еще плотными наручами висели остатки веревки, чтобы скрыть следы преступления, а облезлая соучастница юркнула в темный угол. В камеру вошли двое.

– Уверен, что это оборотное зелье? – уточнил Ворчун, покачивая темным пузырьком в руке.

– Это противоядие для оборотного зелья, – поправил его незнакомый охотник с выдающимся горбатым носом.

– То–то мне показалось странным,что дед такой прыткий и сильный. Ну сейчас узнаем, кто у нас скрывается под личиной.

Охотник поднес пузырек к моим губам. Я успела испугаться и представить, как удивленно вытянутся лица ГНОММов, когда вместо старика со старухой перед ними предстанут королева Гримвальда и правитель их собственного королевства, но в этот момент из угла выскочила крыса. С грозным воинственным писком она прыгнула невероятно высоко для своего маленького роста и впилась зубами в запястье охотника. Завопив, Ворчун дернулся, пузырек вылетел из его руки, упал на пол и разбился на мелкие осколки. Громко ругаясь, мужчина выбежал из камеры, унося с собой и крысу. Большой нос, а это скорее всего был именно он, окинул нас безразличным взглядом и перед тем, как закрыть за собой тяжелую дверь, произнес:

– Конвой приедет на рассвете.

Мы снова остались одни. Эдвард поднялся, освободил свои руки и подошел ко мне. Мои путы были прогрызены лишь наполовину. Король схватился за толстые края, на его запястьях вздулись вены, когда он с силой потянул веревку, и через несколько секунд та с тихим треском разорвалась.

Эдвард молча помог мне встать. Подойдя к окну, он схватился за решетку и потянул её на себя. Она поддалась.

– Кроме всего прочего, надо будет заняться проверкой камер, – недовольно пробормотал король, выглядывая в открывшееся окно.

– Идемте, – он протянул ко мне руку, – на дворе ночь, нас никто не должен заметить.

– Подождите! – я отпрянула назад. – А как же Роджер?

– Гримхильда, сейчас не время, – начал Эдвард.

Упрямо покачав головой, сделала ещё шаг назад. Король устало прикрыл глаза и, усмехнувшись, покачал головой.

– Ладно, заберем мы вашего Мортимера. Есть одна идея. Но для начала нужно отсюда выбраться.

Ночь была тихой, город уже спал. Рядом с отделением ГНОММ начинался густой лес, но даже из него почти не доносилось звуков. Спрятавшись за широким стволом дерева, мы с Эдвардом выжидательно уставились на парадный вход. Через несколько минут мимо нас тяжелой поступью вразвалку прошел огромный бурый медведь, кивнул королю, и, забравшись на крыльцо, выбил лапой белую дверь. Ночную тишину тут же разорвали вопли и топот ног нескольких оставшихся на дежурство охотников. Все они через несколько секунд выскочили на улицу, после чего, крича и зовя на помощь, помчались в направлении города. Медведьс задорным ревом неспешно бежал за ними следом, гоня охотников все дальше от здания.