Книга Однажды в сказку. (Не) Злая королева, страница 57 – Виолетта Донская

Эдвард молча смотрел, как содержимое его кошелька высыпают на стол и делят на семь равных горсточек. Хмыкнув, Ворчун скинул свою долю в ящик стола, и, подойдя ко мне, довольно грубо похлопал по ногам и животу.

– Эй! – громко возмутилась я, когда его руки оказались в неприличной близости от груди.

– Надо же, а наша бабуля еще самый сок, – он гаденько засмеялся, и его подхватили остальные. – Так, что это у нас тут?

Стянув с моего пояса кошель, повертел его в руке.

– Эй, Умник, а ну иди сюда. Глянь-ка.

Взяв мешочек, молодой охотник осмотрел его вдоль и поперек, и возвращая Ворчуну авторитетно заявил:

– Магический.

– Опаньки, – обрадовался тот. – Тащи сюда цуберштаб.

Я бросила нервный взгляд на Эдварда, но тот не выражал каких-либо эмоций. ГНОММы провели над кошельком странной черной палочкой, и аккуратный тряпичный мешочек раздулся до размеров саквояжа. Раскрыв его, Ворчун вытащил скомканную одежду и без особого интереса откинул в сторону. Когда он заглянул внутрь второй раз, его лицо просияло.

– Ты посмотри! Котел, травы… а это что? Ведьмовской гримуар! Что, всё еще будете отрицать нелегальную ворожбу?

– Дед, а ты тоже ведьмак или чернокнижник какой? – хохотнул Гнусавый.

Эдвард всё еще молчал.

Толстый откупорил пузырек и, принюхавшись, сморщился.

– Скорее всего, ведьмовское зелье.

– Подождем, когда вернется Большой нос, он точно скажет. Но я в этом даже не сомневаюсь, – Ворчун победно потряс гримуаром Гримхильды.

Умник высыпал на ладонь нескольконайденных в мешке монет.

– Гримвальдские, – задумчиво хмыкнул он.

– Так может, они, это, не наши? – снова заволновался Толстый.

– Наши, не наши, какая разница? – пробормотал Ворчун. – Где поймали, там и посадили. А нам галочка для отчета. Оформляем их и отправляем запрос на конвой.

– А знаете, что я недавно узнал? В Гримвальде королева новый закон подписала, – вдруг подал голос Умник, все еще перекатывая в руке монеты.

– М-м? – с интересом отозвался кто-то из охотников.

– Об обязательном тестировании всех подданных на магический дар. Они даже завели официальные списки.

Эдвард бросил на меня быстрый нечитаемый взгляд.

– Вот это правильно, – отозвался Гнусавый, – везде должен быть порядок!

– Так что, у них теперь тоже надзорный орган появится? – удивился Толстый.

– Ага, конечно! – рассмеялся Длинный. – Бьюсь об заклад, всё будет в ведомости этих треклятых фон Бергов.

– Так или иначе, чем меньше нелегальных магов, тем лучше! Вот и нашему Жестокому королю уже бы следовало принять подобный закон.

– Ворчун, – предостерегающе произнес Гнусавый.

– А чего? Наше Величество что-то слишком мягок к одаренным. Даже прозвище свое не оправдывает. Обяжи он всех еще с детства проходить проверки, и нам бы меньше работы. А то гоняемся за нелегалами, как собаки какие-то! Вот честное слово, у нашего короля просто кишка тонка!

– Ворчун! – сразу несколько голосов попытались осадить разгорячившегося охотника.

– Ты бы поосторожней с выражениями. Все же о повелителе нашем говоришь, – тихо заметил Умник.

– Тю, а что мне станется? Король о моих словах же не узнает. Никто из вас меня его Величеству не выдаст, – хохотнул он, покачав указательным пальцем. – Не посмеете, я ведь, если что, и о вас много чего могу рассказать.

Гнусавый скосил на нас глаза.

– А, да эти уже никому ничего на скажут, – Ворчун махнул рукой. – В магической тюрьме до короля-то не докричишься.