Книга Дракон-куратор и уроки межмировой магии, страница 181 – Виолетта Донская

— Почему в твоей памяти столько белых пятен? — возмутился Франций. — Разве мы не должны увидеть всё?

— В этом случае мне пришлось бы вас убить, — с серьезным выражением ответил Кирнан. — Но, к счастью для всех нас, принося магические клятвы, я учитывал все возможные варианты.

Франций передернул плечами, но согласно кивнул. Ну да, главе Канцелярии известны многие государственные тайны, ввязываться в которые уж точно не было никакого желания. Но не только Кирнан хранил секреты.

— Значит, это был ты, — вздохнув, я укоризненно посмотрела на блондина.

Щеки Франция опалил румянец, но взгляд он не отвел. Однажды вечером он возвращался в общежитие и случайно услышал странный шум со стороны полигона. На всякий случай спрятавшись в кусты, он вскоре увидел Гленневаля, первоклассного огнала, всего покрытого ожогами. А затем и частичное обращение куратора, в котором сразу узнал стального дракона. Он тут же помчался в башню, чтобы связаться с братом и всё ему рассказать.

— Я ведь не знал, что Адалет…

Франций опустил голову, светлые пряди упали на лицо, закрывая от нас его потухший взгляд. Он выглядел уставшим и осунувшимся, как если бы провел в этом подвале вдвое больше остальных.

Отношения братьев Альцаган нельзя было назвать простыми. Отец Франция почти отказался от него, когда тот родился без крыльев. Но Адалет заступился за младшего брата и настоял на том, чтобы он остался в семье. Всё детство Франция он приглядывал за ним, хотя и оставался внешне холодным. Особенно когда рядом находились посторонние. То, как Йондер обошелся с Францием во время Каас-Талом, было типичным поведением Адалета в отношении младшего брата. Но несмотря на это, Франций любил его больше всех, стремился во всем ему подражать, чем сильно раздражал отца.

Как я поняла из его воспоминаний, надменность Франция отчасти показная, он считал, что обязан соответствовать роду Альцаган, а именно так вели себя со всеми его родные и близкие. Он всячески старался оправдать ожидания семьи, принести пользу. Даже его отношения с Галлаей служили именно этой цели. Они познакомились при поступлении в академию, онсразу узнал в ней дочь хранителя королевской сокровищницы. Он также знал, что у отца и брата не складывались связи с Дэ-Арли. Он добивался внимания Галлаи два года, горделивая красотка далеко не сразу пала под чарами его обаяния. Что, несомненно, злило Франция, но он продолжал добиваться своего. К окончанию второго курса девушка сдалась. А позже он понял, что Галлая страдала от душевного заболевания, которое её семья тщательно скрывала. Однако ему по большому счету было всё равно, Францию даже нравилась её одержимость, её внимание и обожание. Особенно после стольких усилий с его стороны. Пожалел он лишь тогда, когда захотел расстаться с ней, чтобы сблизиться… со мной.

А со мной Франций решил подружиться именно после появления стального дракона. Он увидел, что куратор проявляет к новенькой интерес, и хотел через знакомство со мной наладить связи с легендой Демир-Лиета. Особо выгодные связи для рода Альцаган, конечно.

Я на него не обижалась. Просто таков Франций, отчасти таким его сделало воспитание и отношение в семье. Ему болезненно не хватало отцовского внимания и одобрения, и он делал всё, чтобы их заслужить. Мы не успели стать хорошими друзьями, чтобы эти откровения причинили мне хоть какую-то боль, скорее я лишь убедилась в своих подозрениях насчет блондина. Однако в груди стало немного тесно от сочувствия к младшему бескрылому дракону из рода Альцаган.