Книга Пленение дракона, страница 40 – Миранда Мартин

Транспорт заузлов приближается и едет прямо на нас. Они что-то видели? Они едут за нами?

Ярость вибрирует на краю моих мыслей. Я уничтожу их. Они не причинят ей вреда; она моя.

МОЯ!

Грудь сжимается настолько, что становится трудно дышать, сердца колотятся, желание борется с разумом и надвигающейся яростью. Яркие глаза Розалинды мерцают, светясь острым умом и силой. Её красивые губы поджаты, и она моргает, дыша поверхностно. Это фокусирует мои мысли, помогает отодвинуть в сторону пульсирующую потребность моего члена, пытающегося контролировать мой разум.

Во-вторых, вместе мы сильнее.

Да, мы сильнее. Мы с Розалиндой вместе будем править этой планетой. Никто не сможет противостоять нам. Мой член, прижимающийся к ней, пульсирует, и я непроизвольно двигаю бёдрами, прижимаясь им к ней. Невозможно остановить тихий стон, сорвавшийся с моих губ.

Я знаю, что выживание группы превыше всего. Проговариваю про себя последний указ.

Холод пронзает меня, подавляя и желание, и ярость.

Группа, клан. Я не могу предать клан.

Мой член смягчается, когда мысли проясняются. Транспорт немного корректирует свой путь, но ещё больше подталкивает его к тому, чтобы проехать прямо над нами.

Розалинда не поддерживаетуказы. Если я объявлю её своим сокровищем, это расколет клан. Некоторые, возможно, всё же последуют за мной, но это будет под принуждением. Она предала указы, позволив Гершому остаться, и теперь он захватил контроль. Она избила Падрейга, помешала ему установить своё господство над Семилом — нет, клан её не примет.

Этого не случится.

Как бы сильно я её не хотел. Она — моё сокровище, но мой долг прежде всего перед кланом, а не перед самим собой. Как бы мне ни хотелось, чтобы это было не так, я не могу отдаться первобытному инстинкту. Это было бы предательством всего, чем я являюсь. Указы — это основа клана. Предав их, я предаю себя.

Тупая боль и необъятная пустота разверзлась в моём животе, распространяясь, пока не поглотила мои сердца. Холодный озноб пробегает по моей спине, и я дрожу.

На лице Розалинды промелькнуло беспокойство, на мгновение, которое я едва уловил, но оно было. Момент, который она скрыла. Пропасть между нами увеличивается пропорционально пропасти между нашими убеждениями. Как бы сильно я её ни хотел, я не могу взять её как своё сокровище, не уничтожив клан. Этого я не смогу сделать.

Сейчас не время, на карту поставлена наша миссия и выживание.

Земля под нами грохочет сильнее. Транспорт уже так близко, что я слышу запах его выхлопов. Он взбирается на ту самую дюну, на которой мы находимся, направляется прямо к нам, но не замедляется.

Он корректирует направление, небольшими сдвигами, из-за чего мне трудно судить, пройдёт ли он мимо нас или переедет.

Напрягшись, готовый двигаться в случае необходимости, я глубоко вдыхаю и задерживаю дыхание. Глаза Розалинды впились в меня. Она не видит, что происходит; она полностью доверяет мне.

Двигаясь медленно, чтобы не потревожить скрывающий нас песок, я хватаюсь за её бока, удерживая себя локтями. Если нам придётся двигаться, мне понадобится хорошая хватка, чтобы потянуть её за собой.

Ближе, он уже на полпути к дюне.

Чертовски близко.

Он проедет по нам.

Передвигая правую ногу, я прижимаю колено вниз, находя опору и готовый откатиться в сторону.