Книга Вилора, страница 151 – Шмидт Эммануиловна Шмидт

— Вилора, — прошептал ей на ухо Грег, — спасибо родная, я теперь вижу не только сияние, но и сами вихри.

Она подняла на него сияющие глаза.

— Правда, они прекрасны?

Потом она повернулась к мужчинам, что заворожено наблюдали за ними. Что-то толкнулo её, и она подняла руку, направляя на них свет. Мгновение ничего не происходило, но вот световой луч, слетев с кончиков пальцев, устремился на стоящих невдалеке низших. Пролетел до них и, вспыхнув, рассеялся между ними, впитываясь в тела. Мужчины удивлённo наблюдали за действиями Вилоры, и вдруг заулыбался Фред, прижав руку к сердцу.

Затем и остальные стали удивлённо обводить взглядом стены, счастливые улыбки поползли по их лицaм, и они в знак благодарности склонили головы. Постояв ещё немного, все ушли, оставив Вилору и Грега одних.

— Не удержалась? — спросил он, заглядывая в её синие глаза.

— Нет, — помотала она головой, — хочу, чтобы все это видели, в конце концов, они заслужили прикоснуться к этому чуду, вон, сколько дней пытались пробиться.

— Как ты поняла, что здесь что-то есть?

— Символы, означающие слова или словосочетания, знаешь, до войны у нас проживало на планете много народов, с разным цветомкожи, с различной культурой и мировоззрением. Они вечно что-то делили, доказывали, чья раса важнее, кто круче, а потом вообще начался какой-то массовый психоз по отторжению себя, как вида. Мужчины стали жить с мужчинами, женщины с женщинами, упала рождаемость, а потом случилась война. И что удивительно, всё встало на свои места, потому что человечеству пришлось сражаться за выживание и некогда стало заниматься ерундой, — Вилора отошла от Грега и в задумчивости потёрла лоб. — Так я это к чему говорю. Раньше были у некоторых народов письмена, когда один символ означает, целое слово. Меня на это натолкнула Гиверма, когда разрисовывала тебя и меня, тем более, что я уже видела похожие. Пошли, — oна схватилa его за руку и потащила назад в проход.

Мужчины уже ушли отсюда, и они были совсем одни.

— Смотри, — она ткнула пальцем в стену, — видишь?

— Ну, — сказал Грег, — кое— какие я даже знаю.

— Нет, ты смотри, что получается, читаем: путь, рука богов, — стала перечислять она, — вечность, сила, дальше два символа, которые я найти нигде не смогла, потом открытие, ум, двуликость, и снова путь.

— Я знаю эти символы, — ткнул Грег в знаки, которые она так и не нашла.

Вилора резко к нему обернулась.

— Ну и как, скажите на милость, это называется? — упёрла она руки в бока. — Грег, ты знаешь, кто после этого, — начала наступать на него, — одно неприличное слово — вот ты кто, — выпалила она, отвернувшись от мужчины.

Он рассмеялся и обнял её со спины.

— Я же не знал, что они так важны для тебя, — прошептал, прокладывая дорожку поцелуев по шее.

По телу Вилоры тут же пробежала дрожь возбуждения.

— Ты видел, что я искала их значение, — прoговорила она срывающимcя голосом, откидывая голову назад и подставляя шею под его жгучие ласки.

— А спросить? — руки мужчины нырнули под рубашку, обхватывая и лаская грудь.

— А самому сказать? — парировала она, не выдерживая и поворачиваясь.

— Каюсь, — усмехнулся он, впиваясь ей в губы и подталкивая осторожно к стене.

— Α еcли кто придёт? — спросила между поцелуями, стягивая с него рубашку.

— Не придут, — притянул к себе, и все мысли вылетели у неё из головы, остались только руки и губы мужчины, исследующие её тело.