Книга Зверь на Юге пробудился, страница 92 – Елена Яр

Три, два, один…

Она качнулась, отпустила руку, выбрасывая её вбок, и зажмурилась. Ладонь схватилась за выступ как раз в тот момент, как другая соскользнула с первой опоры.

Распластавшись по скале, как ящерица, девушка подтягивала себя к трещине. И старалась не думать, насколько далеко лететь вниз. Забравшись внутрь и застыв, она прижалась лбом к камню и не могла поверить, что жива.

Предстоял ещё путь наверх, но это было уже не таким сложным. Она упиралась в противоположныестенки трещины и подтягивала себя выше. Сначала приходилось протискиваться, но чем ближе к верху, тем шире был створ и тем дальше приходилось упираться. Она справилась, вылезла на свою наблюдательную площадку, изменившуюся до неузнаваемости, и выпрямилась.

Её тут же настиг быстрый взгляд Годдарда, в котором болезненное напряжение сменилось облегчением.

Иллюзия колдуна уже миновала Полуночный Слой и вовсю демонстрировала Северный. Сама картинка стала мелкой, домики Северян были почти незаметны под гигантскими ногами. А потом колдун сбросил всю иллюзию, и Эррин почувствовала мощную волну, полетевшую в Зверя.

Это был тягучий плотный комок из усталости, довольства и желания отдохнуть. Годдард начал Зверя укладывать.

Эррин вошла в диссонанс с происходящим вовне, потому что она не была ни расслаблена, ни спокойна. Она стал комком нервов, шаровой молнии, замкнутой сама на себе. Она закрыла глаза и усилием воли отбросила все панические эманации, которые распространял вокруг себя Зверь. Эррин собирала силу, свивала её в комок, наращивала обороты. Ведь скоро придёт её черёд действовать.

Нет, не так. Они с Годдардом буду действовать вместе.

Она будет что есть силы сжимать горло Зверя, парализовывать его мышцы и связки, герметизировать лёгкие. Лишь бы он не выдохнул тени. А Годдард сделает её силу безболезненной.

Они тренировались делать это на пальцах Годдарда, и то уверял, что у них неплохо получается. Осталось поглядеть, что на это скажет Зверь.

— Пора! — голос колдуна был почти не слышен, но пропустить его у неё шанса не было.

Она и сама почувствовала момент, когда Зверь, убаюканный магией, вернулся обратно в логово, покрутился там, словно ища место поудобнее, при этом выворотив из земли пару каменных глыб типа тех, на которой стояла сейчас сама девушка. Плюхнулся на землю так, что затрясся, кажется, весь Южный. Но тут же вскинул голову.

Тугой колючей волной разлилось по округе его опасение и сомнение. В груди заклокотало.

И Эррин толкнула парализатор.

Он представляла себе мышцы, выстилающие горло чудища и как её магия вцепляется в них, скручивает, заставляет сократиться. Руки вибрировали от напряжения, ведь сопротивление Зверя было огромным. Волну силы приходилось держать широкой, плотной, постоянной. От этого магии выливалось простоморе.

«Только бы хватило,» — думала девушка, забыв, каким богам положено молиться. Остался лишь один — парализатор. Её опора, её особенность, её уникальность.

Она искала все крохи силы по самым дальним закоулкам своего организма, выскребала до донца, и отдавала вовне. В глазах уже темнело, картинка перед глазами смазывалась и плыла. Она закусила до крови губу, чтобы ускользающее сознание ещё ненадолго вернулось.

Если она умрёт, то для мира особенно ничего не изменится. Хотя мир и не знал о её существовании. Но изменится ли что-то для Годдарда?