Книга Зверь на Юге пробудился, страница 90 – Елена Яр

Чёрная гора начала трансформироваться. С двух сторон выделились два горба. Эррин не сразу поняла, что это лопатки — Зверь потягивался, упирал затёкшие лапы, чтобы встать. Чёрная куча росла вверх, но понять детали было нельзя. Он возвышалася уже и над скалой, где стояла Эррин, и над ближайшим утесом тоже.

Пока не начала подниматься голова. Первыми расправились рога — Эррин не сразу их разглядела за длинной косматой шерстью. Но вот они уже протыкают небо, совершенно инородно выделяясьна фоне чистого голубого неба. Плоский лоб с бороздами морщин и заломов, где курчавилась чуть более короткая шерсть, нависал над глазницами. Сначала казалось, что он всё ещё спит. Но глаза открылись, загоревшись узкими красными щелями, и Эррин содрогнулась: это было не животное, оно даже не производило ощущение живого. Оно находилось словно в другой системе координат. Не отсюда, не местное, чужое.

На морде выделились объёмные ноздри, от них вниз шла полоса, раздваивающуюся в огромную пасть. Зверь зевнул, смежив веки, зато продемонстрировал два ряда клыков, каждый из которых был размером с саму Эррин.

Спутанная, даже свалявшаяся шерсть косматыми пучками торчала во все стороны. Особо много её было в районе шеи и на спине — во всяком случае, как позволял увидеть ракурс. Передние лапы, судя по всему, были и длиннее, и мощнее задних. Скорее всего, это сказывалось на его манёвренности и скорости передвижения. Впрочем, при таких размерах, ему было достаточно сделать всего несколько шагов, чтобы добраться до Годдарда.

Но самым пугающим был даже не размер чудища. А то ощущение, которое волнами расходилось вокруг него. Сковывающий страх. Безотчётная паника. Всепоглощающая потребность бежать прочь так быстро, как только можешь.

У Эррин поднялись дыбом все даже самые мелкие волоски на теле. Она потрясла головой, прогоняя пришедшую в голову мысль спрыгнуть со скалы и убежать. Причём, по ощущениям, ей было всё равно, как прыгать — хоть головой вниз, не обращая внимания на такие мелочи, как реальная возможность разбиться насмерть.

В горле Зверя заклокотало. Было похоже, будто друг о друга трутся горы. А потом он открыл пасть и с видимым удовольствием выпустил звук наружу. Рык разнёсся по округе, и даже было видно, как искажается воздух.

А Эррин догадалась, что это был и не рык, а просто зевок проснувшегося монстра.

* * *

Движение магии, полившейся от Годдарда в сторону Зверя, она определила моментально. Надо же, раньше её чувствительность была намного хуже, всё же магически она выросла очень сильно за время путешествия. Первое, что должен был сделать Годдард, — это раскрыть заткнутые уши. Это было самой простой частью плана.

Зверь, обретя возможность слышать, недовольно мотнул своей башкой так, что рога свистнули рассекаемым воздухом. И он вышел изсвоего лежбища.

Всего лишь шаг, а Эррин показалось, что тот стал слишком близко. Стоять и ждать было тяжело. Годдард плёл и плёл магию, обвешивал Зверя невидимыми сетями, тянул назад к земле. Но монстр не хотел к земле — он хотел идти и есть. И Годдард давал ему это. Эррин видела, как под ногами Зверя возникли ленты наподобие тех, которые есть в Слое равноденствия. Когда чудище сделало новый шаг, ленты пришли в движение. Мощные лапы двигались, отталкивались, шагали, даже иногда прыгали, песок вздыбливался, подлетал, но сам Зверь при этом не сходил с места: ленты протаскивали его назад.