Книга Слово Вирявы, страница 49 – Анна Бауэр

– Это даже не коровы, а слоны, – прошептала Варя себе под нос.

Трофимыч, которого гнус словно и не беспокоил, решительно двинулся вперед. Только теперь Варя внимательнее рассмотрела три дерева у дальнего края поляны. Два сухих дуба скорбно тянули вверх голые жилистые ветки, будто повторяя жесты деревянных фигур. Третий – живой, увешанный разноцветными лентами, – тихонько шептал кроной, маня, зазывая в огромное дупло. Варя изловчилась и сделала сносную фотографию поляны.

– Иди за мной, не отставай! – прикрикнул Трофимыч.

Павел снова подошел к ней ближе, чем ей хотелось бы, и поглядывал то на Варю, то на Трофимыча.

– Я не пойду. Здесь постою… – Варе стало не по себе. – Почему вообще это я должна прощения у Вирявы просить, а не Метьказ?

– Потому что обряд от твоего имени проводился. На тебе и вина. Пойдем!

– Я… Мне надо в туалет.

Трофимыч пронзил Варю испепеляющим взглядом, скинул рюкзак, долго в нем шарил, пока не вытащил свернутую жгутом веревку.

– Бери один конец. Выйдешь за пределы поляны, сделаешь свои дела и вернешься по веревке. Из рук не отпускай. Поняла?

Варя потянулась было за веревкой, но вдруг остановилась. Лесник боится, что она потеряется, как когда-то его жена? Или?..

– А когда буду «делать свои дела»? Как я с веревкой-то?

– В зубы возьмешь.

Он сунул ей в ладонь конец бечевки и подтолкнул.

– Иди! Гигиенические отходы в пакетик положишь.

Варя, потупившись, пошла в кусты. Павел проводил ее плохо скрываемой ухмылкой. Смешно ему. А сам-то только что глаза таращил и головой тряс, как болванчик.

В туалетВаря не хотела ровно до того момента, пока не взяла в руки веревку. Теперь даже прибавила шаг от давящего ощущения внизу живота. Она чувствовала себя ужасно глупо. Ну не ребенок же она, в конце концов, который в трех соснах потеряться может… Зачем на самом деле эта веревка? Или лесник не хочет, чтобы она сбежала, потому что приготовил какую-то подлянку? Что у него на уме?

Она зашла поглубже в подлесок и оглянулась. Мужчин почти не было видно, а значит, ее голый зад они тоже не могли лицезреть. Варя задумалась, потом быстро привязала веревку к толстой ветке куста. Справив нужду, пару раз дернула за веревку, как если бы держала ее в руке и одновременно возилась со штанами.

А что, если взять и просто уйти обратно? Убежать от зловещего дупла, от лесника с его дурацкой веревкой и назойливым зятем. Хватит с нее впечатлений. На несколько статей хватит. Фотки тоже сделала. Дорогу запомнила. Конечно, ее потом догонят, но главное – они окажутся уже далеко от этой проклятой комариной дыры.

– Варя! – крикнул Трофимыч.

– Все нормально, минутку! – отозвалась она.

Если уходить, то сейчас. Недоброе предчувствие лишь усиливалось. Инстинкт самосохранения кричал: беги! И Варя, стараясь не наступать на валежник и не задевать ветки, заторопилась прочь. Сквозь кусты она видела, что поравнялась с деревянными фигурами. Теперь надо было как-то выйти на ту полузаросшую дорожку, чтобы мужчины не сразу заметили Варино отступление. Она сделала дугу в подлеске, осторожно сошла на тропинку за поворотом и пустилась легким бегом. Чужой тяжелый рюкзак резал плечи, но она решила донести его до «буханки» и оставить там. Хорошо, что догадалась вытащить часть консервов еще в салоне. Конечно, Трофимыч покрутит у виска, когда они снова встретятся. Это если у него не было ничего дурного на уме. А если было, то он ее этой веревкой… Варя ускорилась.