Онлайн книга «Моё небо»
|
— Вы ошибаетесь, — возразил я ровно. — Да неужели, — ухмыльнулся этот урод-преподаватель. Так, вдох-выдох. Я смогу. Я уже делал это в самом начале обучения в Академии: на спор целовал девушку, не испытывая к ней никаких чувств. Это было отвратительно, но спор я выиграл, на будущее зарекаясь от подобных действий. За год, проведённый в рабстве, я доподлинно узнал, что эромайцы знают об этой особенности моего народа от предателей других рас, проживающих на территории Империи. Мы, ашрианцы, никогда не целуем своих любовниц, если не испытываем к ним сильных чувств. Поцелуй для нас нечто более сокровенное, нежели половая близость. Почти священное действо. Это признание в чувствах, прилюдный поцелуй — предложение разделить жизнь на двоих. И сейчас я должен, обязан переступить через себя во имя выживания своего и Мары. Сохранить то, что мы имеем. Призывая весь свой самоконтроль, я пытался убедить себя, что в этом нет ничегоособенного. Это всего лишь поцелуй, а Мара- хороший человек. Это не мерзко и не противно. Только внутри всё бунтовало против попрания догм, впитанных с молоком матери, заставляя проклинать собственную сознательность, которой не было, когда был совсем зелёным юнцом. Тогда никакого протеста в душе не было, лишь небольшая тревога из-за нарушения почти священной традиции и жгучее любопытство. Собрав в кулак всю решимость и ощутив подобие душевного равновесия, не давая себе времени на размышления, привлёк девушку к себе и накрыл её губы своими. Оставалось надеяться, что всё не зря, и Мара не растеряется и подыграет мне. Я ждал острого отторжения и тошноты, но ничего такого не было. Губы девушки были очень мягкими и приятными на вкус. Кожа мгновенно покрылась мурашками, тело начало странно покалывать. Резко стало как-то слишком жарко и томно, сердце словно сорвалось в галоп. Нереально. Руки Мары обвили мою шею, и лишь краем сознания я отметил, что мне нравится прижимать к себе гибкое хрупкое тело и я откровенно наслаждаюсь нежной влажностью её рта. Всё вокруг растворилось в необъяснимом желании прижимать девушку к себе крепче, целовать глубже, стать её частью… — Быть не может… Чей-то тихий голос разбил наваждение вдребезги. Заставил очнуться. Осторожно прервав поцелуй, я прикрыл глаза и старался выровнять дыхание. Губы горели, тело немного потряхивало. В том хаосе, который творился в душе и мыслях, сейчас разбираться я не был готов. Тишина теперь имела окрас потрясения. Открыв глаза и оглядевшись, я заметил, что большинство смотрит на нас с откровенным шоком и лишь часть с неверием. — Это сильно меняет дело, — откашлявшись, чуть хрипло произнёс ошарашеный ректор. — Что? — послышался возмущённый голос Дейлы. — Какой-то поцелуй меняет дело, вы серьёзно? — Нола Дейла, — напряжённо отозвался мужчина, — советую вам на досуге изучить получше, кто такие ашрианцы, их особенности и традиции. Вокруг начали тихо переговариваться многочисленные свидетели происходящего. Их голоса сливались в однотонный гул. Я продолжал обнимать Мару, но смотрел сквозь неё, просто не мог сейчас заглянуть ей в глаза. Всё это как-то слишком для меня. — В связи со сложившимися обстоятельствами, — после короткого раздумья снова заговорил ректор, — думаю, мы должны обратитьсяк Дознавателям и их Камню Истины. |