Книга Моё небо, страница 213 – Анна Максимова

— Ты ещё не понял, Кай? — отозвалась я горько, сдерживая подступающие к глазам слёзы. Как бы я была счастлива, если бы он в прошлом организовал такой ужин! Как мечтала о проявлении чувств, окромя человеческой и дружеской симпатии днём и страсти ночью! Как глупа я была… — Мне ничего от тебя не надо. Я не хочу разговоров, объяснений, извинений. Не желаю романтики, даже обыкновенная забота от тебя мне не нужна. И ты мне больше не нужен.

— Элла, — тихо и как-то потерянно произнёс ашрианец, — прости. Меньше всего я хотел сделать тебе больно. Прошу, поверь мне.

В ответ я решила показать ему банальный, но очень демонстративный пример, о котором читала в соцсетях. Лёгким движением столкнула бокал на пол, где он со звоном разлетелся вдребезги.

— Прости, — залепетала я проникновенным голосом, присев и касаясь кончиками пальцев осколков, — пожалуйста, прости. Я не хотела. Правда не хотела. Мне так жаль!

— Что ты делаешь? — прохрипел Кай, взирая на меня с ужасом в глазах.

— Прошу прощения, не видишь? — отозвалась я, вскинув голову. — Искренне. Только почему-то целым он не становится, как бы я ни старалась.

Остолбенев, парень открыл рот и тут же закрыл, звучно клацнул зубами, видимо, растеряв все слова.

— Просто оставь меня в покое, — произнесла я, встав на ноги. — Не пытайся вернуть былое. Нужно шпионить? Шпионь. Я тебе не мешаю. Но не надо больше играть со мной.

Развернувшись, хотела уйти к себе, но потом голову посетила неожиданная мысль.

— И да, спасибо за вино, — растянула я губы в подобии улыбки, прихватив бутылку. Пригодится.Поможет успокоить нервы.

Вот теперь точно пора уходить. Не успела я сделать и нескольких шагов, как ощутила на плечах горячие ладони. Потом меня развернули и прижали спиной к стене.

— Ты можешь злиться на меня, обижаться, ругаться и оскорблять. Имеешь полное право. Я заслужил, — в голосе Кая звучала печаль. — Проси меня о чем угодно, кроме того, чтобы я оставил тебя в покое. Это выше моих сил. В остальном я готов сделать всё возможное и даже больше ради тебя.

— Слова, — выдохнула я, чувствуя, как опасно подошла к тому, чтобы позорно разреветься. — Всё это только слова. Слишком громкие слова, чтобы снова затащить меня в постель. Поищи себе другую дуру, которая будет греть тебя ночами, пока ты так далеко от той, которую любишь.

— Другую? Не нужна мне другая! — горячо зашептал парень. — Та, которую я люблю, близко. Прямо передо мной. Слышишь? Потому что это ты. Я тебя люблю, Элла. Ты мне бесконечно нужна. Твой смех, улыбки, твоя рука в моей руке. Ты мой свет, воздух, которым я дышу, моя душа и совесть, мне не выжить без твоей любви. И мне бесконечно жаль, что понадобилось столько времени, чтобы это понять.

Короткий и страстный монолог Кая оглушил. Парализовал мысли. Зародил в душе глупую надежду. Но память жестока. Она же служит спасением от излишней глупости. Только я собралась ответить, как губы парня накрыли мои. И я пропала. Реальность просто растворилась в этом прикосновении губ к губам. В поцелуе с привкусом горечи и обманутых надежд. Поцелуе, обещающем наслаждение и счастье, такие же лживые и призрачные, как в прошлом. Не знаю, откуда у меня взялись на это силы, и пусть не сразу, но я смогла оттолкнуть Кая. Звук пощёчины показался раскатом грома. Ладонь вспыхнула огнём.