Книга Моё небо, страница 211 – Анна Максимова

Надо ли говорить, какие лица были у Эслана и Лурена, когда они увидели Кая? Физиономия друга, обычно смотрящего на окружающий мир с полной отрешённостью, была неописуема. Он так вытаращился на парня, что я всерьёз испугалась, как бы его глаза просто не выпали из орбит. Лурен, который шёл мимо, увидев ашрианца, засмотревшись, и вовсе со всего маху влепился в косяк.

Конечно же, у парней был миллион вопросов, и они явно рассчитывали задать их после занятий, но я буквально взмолилась позаниматься сегодня без присутствия Кая. Тот был явно недоволен ситуацией, но всё же послушался Эслана, пообещавшего завтра всё обсудить, и, смирившись, отправился домой. Сама же я мало чего могла рассказать. Я не знала толком, что к чему, кроме того, что Кай теперь официальный шпион своей страны среди эромайцев. Я не знала, что происходило с парнем на родине, и, откровенно говоря, боялась узнать. Страшилась, что моё несчастное сердце просто не выдержит его откровений про любовь к другой женщине.Уж лучше не знать. Мне известно о её существовании, а большего и не надо. Страусиная политика? Возможно. Только иначе я не могу. Женская логика во всей красе: когда Кай был далеко, я умирала от желания его увидеть, стоило ему вернуться, готова бежать на край света, лишь бы лишний раз не встречаться.

Лишь у Эслана дома я немного успокоилась. На обеспокоенные вопросы друзей отговаривалась, что всё хорошо. Увы, это было не так. Кай вернулся каким-то другим. Вроде всё тот же парень, но вместе с тем он неуловимо другой. Я не знала, что конкретно поменялось в нём за дни отсутствия, и понятия не имела, чего теперь от него ожидать. Одно мне было ясно: мои душа и сердце, вопреки всем доводам разума, снова в опасности.

АНИЭЛЛА

Всех их: Эслана, Лурена и Кая, я сейчас совершенно искренне ненавидела. Лурен всегда гадом был, но Эслана я считала своим другом! Он же, сволочь такая, обрадовался Каю как родному, и вскоре моё обучение стало напоминать настоящую пытку. Всё дело в том, что сиэрнар давно подумывал помимо обучения магии заняться моей физической подготовкой и был расстроен отбытием ашрианца, так как считал их расу лучшими из воинов. И вот, Кай вернулся, и Эслан на радостях запряг его тренировать меня. Конечно же, тот не отказался. И проклятие на белобрысую голову этого русала: увидев, как мы занимаемся, он раскритиковал всё в пух и прах, заявив, что таким образом я лет десять учиться буду. И тренировки превратились в Ад. Не раз мне хотелось расплакаться от бессилия и боли в мышцах. Я чувствовала себя деревянной и чудовищно неуклюжей. Ашрианец, глядя на мою очередную неудачу, виновато морщился, Эслан хмурился, а Лурен был верен себе и комментировал мои провалы в шуточно-издевательском ключе.

Эти мучения чередовались с обучением магическому искусству. По принципу: смена деятельности — лучший отдых. Не сложно догадаться, что моим мнением по этому поводу не поинтересовались. Так продолжалось уже три дня.

И ладно бы после можно было отдохнуть, так нет, даже дома я не могла расслабиться. Нахождение под одной крышей с Каем накладывало свой отпечаток. Его присутствие я ощущала буквально кожей. И самое паршивое: мне даже высказать парню было нечего. Его поведение было выше всяких похвал. Ашрианец был вежлив, предупредителен и дружелюбен. Даже попытки завести нежеланный разговор были столь аккуратными, что у меня просто не получалось злиться. Может, конечно, я была слишком усталой для склок и разборок. Не знаю. А если его иногда и заносило конкретно в упорном желании поговорить, то заклятие немоты всегда со мной.